Продана замуж

Карим берёт меня за запястье, жестко его сжимает, ведет меня к праздничному столу, до самых краёв заваленному деликатесами.

В горле уже в который раз перехватывает дыхание от его жёсткости. Неужели по-другому он не умеет? Можно ведь проявить хотя бы каплю ласки? Откуда взяться этой ласки? Он ведь не любит!

Все верно. Он женился на вещи.

Сегодняшний день похож на экстремальные горки. Но экстрим только начинается. Самое страшное ещё впереди. Это… брачная ночь.

Музыканты оживают, играя спокойную, романтичную музыку, а гости усаживаются за стол.

Отец поднимается с места, когда официанты наполняют всем бокалы с элитным шампанским. Он произносит эмоциональную речь. Даёт мне какие-то наставления, восхищается Каримом, но я всего этого не слышу. Не могу сконцентрироваться на его словах, вообще на всём происходящем. Как будто плаваю во сне под наркозом. Наконец, папа громко оглашает:

— Давайте же выпьем за молодых!

Звон бокалов. Смех. Улыбки. Очередные поздравления.

Я не ем. Вообще и крошки в рот не взяла. Праздник проходит в привычной для светского общества атмосфере. Без шума и лишнего гама. Все общаются друг с другом, дегустируют дорогие напитки и еду. Официанты только и успевают подавать одно блюдо за другим.

Так проходит час, два, три. Время близится к закату.

Дальше объявляют первый танец жениха и невесты. Мы с Каримом выходим в центр площадки. Он обнимает меня за талию. Крепко и властно. А потом уводит в размеренный танец. Кружится со мной по территории площадки и как собственник смотрит точно в глаза. Хмуро. Остро. Как будто мысли читает. И всё обо мне знает.

Этот взгляд… Он хуже смерти. Я ещё так никого и никогда не боялась. И одновременно чувствовала, как меня тянет к этой опасности. Необъяснимо. И очень, очень сильно. Этот взгляд рефлекторно заставляет быть послушной и покладистой.

Через два часа, примерно, гости собираются на заднем дворе, чтобы полюбоваться фейерверком. А затем нас всех приглашают в дом, чтобы полакомится свадебным пирогом.

Я жутко устала. Вечер почти закончен.