Спорим, влюбишься?

Я закрыла глаза, как только мужчина ко мне наклонился. А в следующий момент он подхватил меня на руки и понес к машине. Уложил на заднее сиденье. Судя по звуку, открыл багажник. А через несколько мгновений вновь открыл дверь и накинул на мое «бездыханное» тело, по ощущениям, плед.

Как только машина тронулась, я выдохнула с облегчением. Несмотря на боль, мне стало очень хорошо. Еще бы отогреться и жизнь определенно налаживается. Пока я раздумывала над тем, как попросить помощи у Миши без последствий для себя, моему старому знакомому кто-то настойчиво звонил.

Что-то буркнув про себя, он недовольно, но все же ответил по громкой связи:

– Петр Васильевич, я не могу сейчас говорить. У меня возникла проблема.

– Большая?

– Очень.

– Насколько? – не унимается мужчина.

– Я в полной «ж».

– «Ж» – это прям «ж»? Или, может быть, в хорошей «ж»? Хотя нет, на «ж» нет ничего хорошего. Конкретизируй, а то мне уже не спокойно.

– Я только что сбил человека. Девушку. Так что «ж» самая что ни на есть полная.

– Камеры на месте были?

– Нет. Я на трассе. Девчонка сама бросилась под машину.

– Тем более. Чего еще из-за нее переживать? Сама дура виновата.

– Только это не отменяет того, что эта девушка – дочь очень важной шишки, –значит и он меня узнал. – Он меня, в лучшем случае, сразу грохнет.

– Насколько важной?

– Это дочь моего бывшего работодателя.

– Берсеньева?! – восклицает мужчина. – Тем более не переживай. От осинки не родятся апельсинки. Поди такая же тварь, – а вот это обидно, учитывая, что я антипод своего отца.

– Брось там, где встретил. А вообще, нет, вези ко мне, припрячем труп так, что никто не найдет.

– Какой труп?! Она жива. Я везу ее в больницу.

– Не надо в больницу! – вскрикнула так, что сама испугалась собственного громкого голоса. Кое-как уселась на сиденье и перевела взгляд на опешившего мужчину. – Со мной все хорошо.

– Петр Васильевич, я перезвоню.

Не ожидала, что в следующий момент Медведев затормозит и остановится у обочины.

Сейчас, при тусклом и не бьющем в глаза освещении, я убеждаюсь в том, что это точно некогда папин охранник. Правда, за прошедшие пять лет он изменился. Судя по габаритам, стал еще крупнее. И появилась растительность на лице. Много растительности. А вот глаза нереально голубого цвета остались все теми же. Безумно красивые. И когда-то его взгляд мне казался очень добрым, несмотря на показную холодность и грубость.