Спасатель

Во дворе… Каюсь, я не сразу его узнал. Что-то горело, весело разбрасывая по сторонам искры и клубы чёрного дыма. Прямо передо мной в черепичной крыше штабного здания зияли основательные дыры – АГС постарался, не иначе. Из окон казармы вылетали вспышки пламени – работал пулемёт. Один. И судя по звуку, ручник. А вот станковые ДШК (их тут было два) молчат, их голосов что-то совсем не слыхать. Как раз в этот момент, внизу по-видимому, перезарядили гранатомёт – и новая серия разрывов ахнула во дворе.

Блин! Вот я лопух! Наклоняюсь к вороту куртки – там запрятан микрофон.

– Здесь «Беглец»! Цел, имею двоих «языков». Нахожусь в наблюдательной башенке – не влупите туда случаем! Если приняли, дайте три очереди трассерами!

Проходит несколько томительных мгновений – и воздух распарывают три очереди. Трассера идут вверх, перечеркивая огненными струями насупившееся небо. Приняли!

– Здесь «Беглец»! Казарма, второй этаж, третье окно слева – пулемёт!

Ответ получился совсем уж неожиданным.

Внизу, под моими ногами, что-то бухает, вверх поднимаются клубы дыма, и в распахнутую дверь влетают сразу несколько человек. Ничком падаю на площадку. Рывок – и вниз улетает последний «портсигар».

Топоча ногами, по лестнице взбегает человек с гранатомётом. Короткая очередь смахивает его назад, труба «РПГ-7» грохочет по ступеньками и падает рядом с лежащим неподвижно Олафом. А автомат даёт клина. Внизу бухает, площадка подо мною трясётся, и в дыму немелодично орут сразу на несколько голосов.

Дергаю рукоятку затвора – фиг, стреляная гильза застряла в патроннике, и выбить её оттуда никак не получается. Чёрт, я всегда испытывал недоверие к американскому оружию, а в моих руках сейчас яркий представитель оного. «Бушмастер», мать его… был бы хоть шомпол, но его тут нет. Данный прибамбас носят отдельно, где-то в рюкзаке. Зато оружие весит меньше.