Совращенная

Алекс дождалась, когда Дотти вышла из дому, отправилась вместе с Сарой в комнату Руперта и подобрала себе одежду из его гардероба.

– Вы же не собираетесь выйти на улицу в мужском одеянии, госпожа? – ужаснулась Сара.

– Называй меня «господин»! – сказала ей Алекс, натягивая брюки со штрипками и застегивая рубашку. – Помоги мне с этим проклятым шейным платком. Вот видишь, я с каждой минутой становлюсь все больше похожей на Руперта, – улыбнулась она. – Боже, как мужчины терпят эти накрахмаленные воротнички до ушей?

– Зато они всегда могут сделать вид, будто не слышат, что им говорит женщина! – захихикала Сара.

Когда Алекс спрятала золотистые кудри под парик, Сара лишь покачала головой:

– Я бы ни за что не признала в вас девушку!

– Я не девушка, а дьяволица, – заверила ее госпожа. – Если бабушка вернется раньше меня, откинь кружевную занавеску на среднем окне второго этажа. Это будет знак.

Алекс пошла в контору Уильяма Кобетта, выпускавшего еженедельник под названием «Политикал реджистер».

– Беру, – решительно заявил он. – Четыре монеты.

– Четыре шиллинга? – не поверила своим ушам Алекс. – По-моему, это стоит гинеи, нет?

– Кем вы себя возомнили, Крукшенком?

Джорджа Крукшенка, известного карикатуриста, представители высшего света боялись словно огня. Алекс стала торговаться и опустила цену до пяти шиллингов."

"– Четыре монеты, берите или убирайтесь прочь! Может, в другой раз я вам и пять заплачу, и вообще как насчет статьи о реформах? О мальчиках-трубочистах или детском труде.

Алекс обдумала его предложение и согласилась на четыре шиллинга. «Жалкие гроши! – вздохнула она по дороге домой, перебирая в кармане монетки. – Хорошо, что не приходится зарабатывать себе на жизнь».

В тот вечер Харт Кавендиш, проигравший пари, должен был отвезти Алекс, куда она пожелает. Она снова позвала на помощь Сару. Алекс была нужна вечерняя одежда Руперта, но ей пришлось подождать его ухода.

– Разрази меня гром, Руперт, на кого ты собираешься произвести впечатление?

Брат нарядился в новые черные атласные бриджи и камзол из синей парчи.

– Я-то знаю, а вот вам придется догадаться, мисс Любознательность.

– Шерше ля фам – ищите женщину, чего уж тут догадываться! – хихикнула Алекс.

Руперт покраснел.