Совращенная

Целует ее всеми возможными способами, которые она только могла себе вообразить. Его губы дразнят ее, касаются ее губ, легко, нежно, игриво, чувственно. И вдруг его поцелуй становится жадным, страстным, почти грубым. Но неожиданно он отстраняется от нее, и она слышит собственный голос: «Ник, пожалуйста, не покидай меня». Но он не слушает ее и уходит прочь. Потом она видит его в красном камзоле, с ружьем в руках. Алекс в отчаянии.

За несколько часов до рассвета Николас вернулся в особняк Хаттонов на Керзон-стрит. Времени переодеться, принять ванну, побриться, позавтракать, добраться до министерства военных дел в Уайтхолле и предстать перед секретарем принца Фредерика, сэром Гербертом Тейлором, было вполне достаточно.

Представившись, Николас упомянул имя премьер-министра и сообщил Тейлору, что весь прошлый год снабжал гвардию лошадьми. Проблем не возникло. Ник Хаттон стал лейтенантом Королевской конной артиллерии с жалованьем в двести фунтов.

Служить ему предстояло под командованием генерала Роланда Хилла в Испании на границе с Францией.

Подкрепление каждую неделю отплывало из Портсмута в Бильбао и Сан-Себастьян. Из министерства Николас отправился за униформой и оружием и наконец поехал домой."

"Кристофер только что поднялся и собирался встретиться со своим другом Рупертом на Роттен-роу Гайд-парка. Очень удобно, аллея начинается прямо в конце улицы.

По утреннему костюму брата Кит понял, что тот возвращается не с ночного гулянья.

– Ты куда подевался вчера вечером?

– У друга был.

– Надо же, у тебя еще друзья остались? Просто удивительно, ты ведь теперь у нас персона non grata, – поддел его Кит.

 – Ничего не помню, начиная с полуночи. Должно быть, Руперт привез меня домой и уложил в постель. Кстати, почту только что доставили. Джон Итон прислал-таки обещанный отчет. Я вчера справился о нем у Харта Кавендиша. Похоже, у Итона столько богатых клиентов развелось, что он даже контору в Лондоне открывает. Его прозвали Штопором, поскольку он из чего угодно может вытянуть деньги. Так что успокойся, хватит бурчать, как сварливая старуха.

– Рад слышать, что ты способен обойтись без моих советов, – добродушно заметил Ник. – Меня все равно через день-два здесь не будет. Уезжаю.

– Куда?

– В Портсмут.

– Какого дьявола тебя несет в Портсмут?

– Оттуда корабль на Бильбао уходит. Я вступил в армию.

– Да ладно тебе! – недоверчиво хмыкнул Кит, но быстро понял, что Николас не шутит. – Эгоизм и тщеславие чистой воды. – Он ударил себя хлыстом по сапогу.