Совращенная

Он удостоверил смерть от несчастного случая, так что никаких осложнений для Николаса не предвидится. Иди собирайся, дорогая. Руперт отвезет нас домой.

Александра решила не спорить с бабушкой, но еще больше укрепилась в своем желании. Она не покинет Хаттон-Холл, не поговорив с Николасом.

– Мистер Берк, я перед вами в неоплатном долгу за то, что вы помогли нам, когда случилась беда, и взяли на себя руководство слугами.

Николас также поблагодарил Мег Райли за то, что она позаботилась о теле отца. Прочистить рану и обмыть покойника – нелегкая задача для престарелой няни.

Камердинер тоже исполнил свой долг, выбрав одежду, в которой сейчас лежал лорд Хаттон.

– Пусть побудет здесь, в своей спальне, пока не привезут гроб, – решил Николас. – Потом перенесем его в библиотеку для церемонии прощания. Я послал сообщение в церковь, дайте мне знать, когда придет преподобный Дойл. Нужно обсудить с ним похороны.

Мистер Берк кивнул и удалился вместе с камердинером. Мег Райли положила ладонь на рукав Николаса, желая утешить его, но не находила слов.

Надо же, какое несчастье постигло ее любимого мальчика! Николас накрыл рукой ее морщинистые пальцы и крепко пожал их:"

"– Все будет хорошо, Мег. Пойди отдохни немного.

В просторном фойе столпились гости, ожидающие свои экипажи. Они отбывали все разом, и, по всей видимости, без заминок тут не обошлось. Спускаясь с лестницы, Николас услышал голос герцогини Ратленд:

– Чертов ублюдок! Вы только подумайте, он явился причиной смерти матери, а двадцать один год спустя, день в день, родного отца убил!

На губах Николаса заиграла циничная ухмылка.

Да, сочувствия от этих людей не дождешься. Он расправил плечи и, спустившись в осиное гнездо, выслушивал лицемерные соболезнования. Но ненароком брошенная фраза разбередила старую рану – он до сих пор скорбел по матери, которой никогда не знал и которая умерла, подарив ему жизнь.

После отъезда гостей Николас побежал наверх проверить, как там брат. Открывшаяся ему картина нисколько не удивила его. Одежда разбросана, на ковре валяются два пустых графина из-под виски и бренди.

Кит лежит поперек кровати в стельку пьяный. Лучше оставить его в покое, пусть проспится.

Николас тихонько прикрыл дверь и заметил в коридоре Дотти Лонгфорд.

– Кристофер, мальчик мой, знай, мое сердце с тобой в этот печальный день. Если мы можем чем-нибудь помочь вам с Николасом, скажите, не стесняйтесь.

Ник понял, что она приняла его за Кита, но виду не подал, взял Дотти под руку и повел прочь.