Совращенная

«Я не должна бросать Кристофера. Он единственный, кто может вызволить Николаса из передряги».

– Нет, конечно же. Я не влюблена в Николаса.

Дойл встал на ее сторону:

– Она ваша нареченная, будущая леди Хаттон. Как вы можете задавать ей подобные вопросы?

Ник перевел взгляд с Дойла на Руперта:

– Не оставите ли нас на минутку? Мне нужно поговорить с невестой наедине."

"Алекс подождала, пока брат со священником выйдут, и затараторила:

– Нам нужно отложить свадьбу, Кит. Твой брат в беде, и это сейчас главное.

– Не для меня, – спокойно отреагировал Николас.

Его ответ шокировал Алекс.

– Но ты ведь защитишь его, сделаешь все, что в силах английского пэра, дабы доказать его невиновность и избавить от тюрьмы, не так ли, Кристофер?

– Это зависит от тебя.

– От меня? – выдохнула Алекс, понимая, к чему клонит Кит.

– Если ты станешь моей женой, я употреблю всю свою власть.

– Но ведь я обещала выйти за тебя!

– И ты готова выполнить свое обещание, Алекс?

Да она чем угодно готова поклясться, лишь бы заставить Кита помочь Николасу.

– Разумеется!

Он подошел к двери и распахнул ее. Руперт и преподобный Дойл снова вошли в библиотеку. Ник позвал мистера Берка, вернулся к столу и взял в руки листок.

– У меня есть лицензия на брак, Дойл. Я хочу, чтобы вы нас поженили.

Александра схватилась за горло. Похоже, близнец каким-то образом узнал, что ее сердце принадлежит Николасу, и недвусмысленно дал понять – он отправится в Лондон только после бракосочетания.

Николас поднял брови, ожидая ее капитуляции.

– Если ты дашь слово сделать для Николаса все возможное.

– Доверься мне, Алекс. – Он протянул ей руку.

Александра неохотно вложила в нее свою ладонь.

Дойл встал перед ними и открыл молитвослов.

– Берете ли вы эту женщину в законные супруги, дабы жить с ней по велению Божьему в священных узах брака? Клянетесь ли любить ее, хранить ей верность, почитать и оберегать, в болезни и здравии, горе и радости, богатстве и бедности, пока смерть не разлучит вас?

– Клянусь.

Дойл обратился с теми же словами к Александре.

Она шевельнула губами, но никто не расслышал.

– Клянусь…

– Кто отдает эту женщину этому мужчине?

– Я, – гордо расправил плечи Руперт.

– Повторяйте за мной: Я, Кристофер Хаттон, беру тебя, Александра Шеффилд, в свои законные супруги, дабы любить тебя и хранить тебе верность, почитать и оберегать, в болезни и здравии, горе и радости, богатстве и бедности, пока смерть не разлучит нас, согласно велению Господа нашего.