Сотрясающий землю

Ашер тут же испуганно опустил штору и отпрянул от окна.

Последняя его встреча с этой женщиной закончилась взаимными угрозами и последующим взрывом зеркал в музыкальном салоне теплохода «Гавана». Целый фонтан острых осколков изуродовал тогда лицо Ашера, и шрамы остались на его морщинистой коже навсегда.

А теперь Иоланда заявилась к нему в дом. Что ей здесь нужно?

Минуту спустя интерком на его столе ожил.

– Господин Ашер, – послышался из динамика голос привратника. – К вам посетители. Прикажете пропустить?

– Пусть заходят, – ответил ему Ашер, усаживаясь за письменный стол, доставая из верхнего ящика пистолет и снимая его с предохранителя.

Затем он опустил руку с оружием под столешницу и направил дуло в сторону дверей.

Иоланда вошла в кабинет первой. Длинный подол черного шелкового платья струился за ней по полу. Андреас держался позади на почтительном расстоянии. Молодому человеку было не по себе. Не так давно он имел глупость поработать на Ашера втайне от Иоланды, своей покровительницы. Ничем хорошим это не закончилось, он едва не поплатился жизнью за свою ошибку и теперь опасался даже глаза поднять на барона.

Иоланда замерла перед столом барона. Ашер под столом направил оружие ей в живот.

– Чем обязан вашему визиту? – сухо осведомился он.

– Ну же, барон, – улыбнулась она. – Как вы неприветливы!

– Помнится, в последнюю нашу встречу вы пытались меня убить!

– Как и вы меня, барон, – напомнила Иоланда. – Но будет вам! Все течет, все меняется.

Ашер ухмыльнулся:

– Я думал, вы уже забыли об этом.

– Вы ошиблись! Я отлично все помню.

– Так что же вам угодно, госпожа Иоланда? – Голос Ашера звучал значительно теплее, но взгляд его бесцветных глаз оставался ледяным.

– Перейду сразу к делу, – кивнув, сказала она. – Мы с вами деловые люди, так что ни к чему ходить вокруг да около.

Ашер недоуменно приподнял бровь.

– К чему вы клоните? – спросил он.

– Я знаю, что вы желаете смерти президенту корпорации. И знаю почему.

Глаза барона удивленно расширились.

– Поэтому я пришла сообщить вам, что не собираюсь больше защищать его.