Сонечка

И уже она станет нашим новым домом. Нашим Хеллфаром.

- Этого не может быть… - прошептала я, впервые за всё время собрания беспомощно обернувшись к дракону, но встретив в его глазах лишь непонимание. Снова впилась слегка безумным взглядом в Лукахора и гневно повторила: - Этого не может быть! Откуда у вас эта реликвия?!

- Я же вам сказал, - терпеливо повторил старейшина, глядя на меня, как на несмышленого ребенка. – Его спас мой отец, на тот момент правая рука Владыки Абигора. В день, когда до гибели мира оставались считаные часы и уже ничего нельзя было изменить, Владыка призвал его к себе и доверил сохранность главной ценности всей расы, взяв с него клятву предать артефакт следующему Владыке.

- Даже больше, чем ты думаешь, старик, - усмехнулась зло. – И где эта реликвия сейчас?

- В надежном месте, - нахмурился старейшина, явно недовольный моим тоном и обращением, но… Замечание по этому поводу я так и не услышала. – Я передам вам его во время коронации, которая будет проведена одновременно с бракосочетанием.

Лукахор перевел взгляд за моё плечо и с гораздо меньшим уважением, но пока без пренебрежения добавил:

- Не беспокойтесь, господин главнокомандующий. Мы не планируем экспансию значимых для империи миров, нас вполне устроит один из вновь открытых, найденных военными в рукаве Персея. Да, я в курсе, что это закрытая правительственная информация, но как вы уже знаете, у нас везде свои специалисты.

- Вы планируете осваивать мир с нуля? – уточнил шеф.

- Для нас это идеальный вариант, - удивил меня старейшина. – Люди… Слишком отличная от нас раса. Традиции моего народа уходят корнями в Хаос, прародитель всего сущего, но в то же время мы ценим жизнь, как великое достижение Порядка – сына Хаоса. Активация рубина Хелл столетия спустя повлечет за собой великие катаклизмы вплоть до изменений границ материков и уровня мирового океана.

- Но так и не активировали рубин Хелл сами… Почему?

Старейшина усмехнулся, остальные тоже не стали прятать смешки, даже молодежь, но я не стала применять ментальный удар повторно. Они правы.