Соль под кожей. Том второй (СИ)

 — Мне по фигу, но просто интересно — что за имя такое? Надеюсь, ты не тайный зоофил, мечтающий поиметь суку самоеда?

Моих физических сил хватает только на то, чтоб показать ей средний палец, а когда Марина заходит в душ (намекая, что я могу присоединится к ней и там), встаю с кровати, натягиваю джинсы прямо на голую жопу и вскрываю бутылку белого чилийского вина — не самый дорогой сорт, но один из лучших в своем сегменте. Кажется, только заработав почти все деньги мира, я в полной мере начинаю осознавать, что лучшие вещи могут быть дешевыми и неброскими на вид.

Пока разливаю вино по бокалам, появляется Марина, завернутая в большое полотенце. Плюхается рядом на диван, находит на каком-то из каналов старый американский боевик с «крепким орешком» и вытягивает ноги мне на колени. Машинально начинаю мять ее стопы.

— Ууууу, — она блаженно жмурится, — твои руки, Шутов, созданы для этого.

— Так и знал, что строить финансовую империю нужно было с массажного салона.

— Так что эта загадочная «Лори»? — вспоминает Марина.

— Кто тот мужик, который тебе не дает, и поэтому ты прискакала ко мне? — парирую я.

Она приоткрывает один глаз, но даже этого достаточно, чтобы я почувствовал всю глубину ее сфокусированного на мне приступа ненависти. Очень мимолетного, потому что что Марина снова закрывает глаза и довольно урчит, пока мои пальцы разминают ее напряженные икры. Как для человека, который не особо жалует спорт (чтобы понять это, мне достаточно буквально одного взгляда на любую женскую фигуру), Марине каким-то образом удается быть в хорошей форме.

Я бы хотел трахать мою Лори, но не кого-то похожего на нее.

— Знаешь, за что ты мне нравишься, Шутов? — Марина резко сбрасывает ноги на пол, садится и забрасывает в рот пару ломтиков горбуши, жадно запивая вином, как будто это обычный виноградный сок.

— Только не вздумай признаваться мне в любви — обычно это плохо заканчивается.

Марина ничего не говорит, но в ее взгляде буквально читается немой вопрос: «Алина?» Я не стал бы отвечать даже если бы она произнесла его вслух.

— Ты всегда такой, какой есть, — возвращается к собственному вопросу Марина. — С тобой легко, потому что из тебя не нужно выковыривать настоящего Диму.