После измены

Его переложили на каталку.

– Дождешься? – спросил он.

Я кивнула. В горле застрял комок. Я сжала его руку:

– Прорвемся, слышишь!

Он отвел полные слез глаза.

Я села на стул и сложила руки на коленях. Зашла медсестра и предложила мне сходить в кафе напротив больницы.

– Убить время, – улыбнулась она."

"Я вышла из корпуса и медленно побрела по парку. Пахло свежим, только что распустившимся кленовым листом. Дворник подметал и без того чистую аллею. Я села на лавочку и подставила лицо солнцу. «Как жалко, что я не знаю ни одной молитвы», – вдруг пришло в голову.

– Господи, помоги! – шептала я. – Помоги ему. Пожалуйста! Помоги моей девочке. Помоги мне, Господи! Я ведь совсем не понимаю, как мне жить дальше! Я выполню все свои обязательства. Я помогу ему, всем, чем смогу, и сделаю все, что в моих силах. Я не прошу у тебя сил. Я справлюсь. Помоги мне разобраться, пожалуйста! Помоги мне разобраться в себе самой! Помоги понять, как мне жить дальше! Я на распутье! Я не знаю, как мне жить.

Так. Ситуация изменилась в корне, надо сказать. Я уже хочу его простить. Очень хочу, чтобы обида покинула меня. Что это? Прогресс или регресс? Я поумнела на глазах или я – полная и беспринципная идиотка?

Не знаю. Я просто очень устала. Очень.

Его привезли через три часа в реанимацию, и я увидела его мельком, спящего и измученного. Борис сказал, что было хуже, чем он ожидал, но, все, по счастью, прошло удачно. Теперь – уход и уход. Завтра его переведут к вечеру в палату. Ну, не будем загадывать!

Он пригласил меня в кабинет выпить кофе. Сказал, чтобы я ехала домой и отсыпалась. Завтра у меня выходной, нужно восстанавливаться! Все самое сложное еще впереди! Да, конечно, мы созвонимся, но приехать имеет смысл только в тот день, когда его переведут в палату.

* * *Я набрала номер Бориса и поставила на огонь турку с кофе. Борис трубку не брал. «Наверное, на операции», – успокаивала я себя. Позвонила в справочную.