После измены

Летал просто! Ведь мужику так нужны похвала и даже лесть! А она поднимала его на немыслимые и незнакомые ранее высоты! Любил ли он ее? Не знаю. Думаю, да. Увлечен был, по крайней мере, сильно. И еще ему очень нравилась его новая роль.

На него там смотрели, как на бога, три хрупкие и беззащитные женщины. В нем нуждались – это очевидно.

А дома тоже были три женщины – жена и две родные дочки. И их он тоже очень сильно любил. И еще, в этом доме были его кровать, его стул, его чашка. А еще ремонт, сделанный его руками, дача.

Гараж под окном. И все же Петя сомневался – в смысле уходить или нет. Позвонил мне и попросил приехать. Я приехал, разумеется. Разговор был у нас долгий и сложный. Мне хотелось понять все, до основания. Докопаться до истины. Что у него там, в новой семье? Что его связывает, что держит там? Что держит и связывает дома? Я его долго и тщательно слушал и задавал вопросы. И потом сказал – с оговоркой, что я не истина в последней инстанции, – чтобы он и не думал уходить из семьи. Что все это блажь, амбиции. Попытка восстановить потерянное, как ему казалось, реноме. Что любовью до гроба тут не пахнет, причины этой связи понятны и очевидны. Что Таня – достойнейший человек, и вы, девчонки, без него пропадете. Впрочем, как и он безо всех вас.

Много чего я ему наговорил. Он даже обиделся, по-моему, возражал, кричал, что я ретроград, приспособленец, что мне важно только спокойствие, общественное мнение. Что я ничего не смыслю в любви и страсти.

Вот тут-то он, Ирочка, заблуждался! – У дяди Гоши заблестели глаза.

 – Глубоко заблуждался! Но я сейчас не об этом. Конечно, я думал о вас с Галкой и о вашей маме. Напомнил ему, какой у вас теплый и гостеприимный дом, какие вы замечательные, какая Таня чудесная хозяйка. В общем, расписал ему все прелести его собственной семьи. Он возмутился, кричал, что я ему уже не друг и что его-то интересы меня не интересуют. И еще много чего – и что рассчитывать на меня он уже не может и делиться откровенным вряд ли захочет. Мы тогда сильно поцапались, и я уехал. Волновался, конечно, – как там у вас? Звонил твоей матери, задавал наводящие вопросы. Она отвечала – все нормально, по-прежнему, никаких перемен. И я успокаивался. Раз сразу не ушел – уже, скорее всего, не уйдет. А потом я встретил свою Марусю и пригласил твоих на свадьбу. Приехали они вместе, оба счастливые и безмятежные. А после свадьбы Петр мне сказал спасибо и еще сказал, что я тогда уберег его от роковой ошибки.