После измены

Ростик задохнулся от злобы и крикнул Лиле, чтобы она валила. А она уже стащила с антресолей чемодан и принялась яростно бросать туда свои вещи.

Через полчаса она хлопнула дверью и вышла из подъезда.

* * *Зинаида встретила ее с мерзкой улыбочкой на лице. Типа – сходила замуж? Лиля не ответила и легла на кровать лицом к стене. Зинаида подсела на край кровати, погладила Лилю по голове и терпеливо объяснила, что все мужики – козлы. Лиля не возражала. Потом Зинаида предложила выпить, и Лиля не отказалась.

Выпили бутылку водки, закусили солеными огурцами. Зинку быстро сморило, и она рухнула одетая на кровать. Лиля вышла в коридор и набрала номер Марика.

Марик ничего не понял – Лилька ревела белугой. А потом сказал:

– Приезжай, зайка! Поревем вместе! Лолка меня бросила и нашла богатого папика.

Лиля схватила такси и через сорок минут стояла у двери Мариковой квартиры.

Они тепло обнялись, дружно похлюпали носами, выпили остатки коньяка – совсем на донышке, по маленькой рюмочке, и улеглись в кровать.

От нежности Марика, от его теплых рук и ласковых слов реветь хотелось еще пуще. И она себе не отказывала.

Утром Марик сварил ей кофе и сделал бутерброд. В дверях приобнял и сказал:

– Ну звони!

Лиля вышла во двор, села на лавочку и стерла номер его мобильного.

С работы она уволилась через три дня. Никто не держал – в столице, как всегда, рабочих рук было в избытке.

Лиля решила пару недель отдохнуть, а уж потом приниматься за поиски новой работы.

Хотелось просто поваляться, почитать книжки, полистать журнальчики. Просто ничего не делать. Зинка уехала на родину, в Смоленск. Лиля наслаждалась одиночеством и тишиной.

Делать было нечего, и она написала Жако. Жако обрадовался, опять принялся настойчиво зазывать в гости. И даже предложил купить билет!

Лиля подумала: «А почему бы и нет? Чем черт не шутит? Почему бы не съездить во Францию, тем паче – на халяву?»

Она сделала визу, и пылкий Жако выслал электронный билет.

Лиля сделала новую стрижку, купила модные туфли на платформе и легкий симпатичный жакетик голубого цвета.

Через две недели она, возбужденная, очень волнуясь, стояла в аэропорту французского города-порта.

Жако радостно махал ей рукой. Он легко подхватил ее небольшой чемодан, обнял за плечо и потащил к выходу.

Машина у него была старенькая и маленькая, но он объяснял, что в Европе это лучший вариант – в смысле парковки и дешевого обслуживания.