Соль под кожей. Том первый (СИ)

Фантазия улетает туда, где я буду все это делать стоя перед ним на коленях. А там определенно придется потрудиться, судя по тому размеру, который я хорошо чувствую животом. Никогда не придавала значения количеству сантиметров члена, потому что длина, размер и форма, и умение всем этим правильно пользоваться — абсолютно никак не пересекающиеся между собой вещи, но в данном случае меня отрясет от одной мысли, как он будет таранить меня этим между ног.

— Дверь закрыла? — Его голос едва различим в шуме воды.

— Мммм… — мычу, не в силах выпустить его палец изо рта, втягивая все больше и больше уже до самого основания.

Но Вадим сам убирает его, опускает руку ниже, краем ладони как бы невзначай скользит по соску, из-за чего я вытягиваюсь на цыпочках в одну натянутую струну. Его рука не задерживается, скользит ниже, опускается мне на бедро, сжимает так, что я уже предвкушаю там парочку синяков на память.

Хочу, чтобы он потрогал меня между ног.

Призывно развожу в сторону колени.

Он медленно уводит пальцы мне на живот, поглаживает, как будто усмиряет норовистую лошадь.

Его ладонь накрывает мою промежность, пальцы уверенно разводят складки, гладят набухшую и раскаленную от желания плоть. Я запрокидываю голову, одновременно захлебываясь от воды и еле сдерживаемого крика, когда Вадим находит клитор и мягко потирает его по кругу, наращивая темп.

Я могу кончить секунд через тридцать, если он не остановится.

Или через двадцать.

Или это случилось только что?

Стремительно обхватываю его крепкую шею сразу двумя руками, подтягиваюсь, обнимаю ногами за талию, сползая ниже ровно на его пальцы. Насаживаюсь, как похотливая сучка, подкручиваю бедра навстречу.

А потом вдруг мой здоровенный мужик таранит меня грудью, расплющивает собой об стену, фиксируя как бабочку на витринной подушке. Я скорее чувствую, чем слышу, как просит держаться сильнее, и изо всех сил царапаю его плечи, стараясь ухватиться как в последний раз в жизни.

— Ммммм… ммм… — стону от натуги, когда здоровенный член одним махом вколачивается в меня.

Ощущается это так, будто он проткнул меня до самого горла.