Соедини свое сердце с моим

— Давай! Первый шаг — самый трудный.

Этьен был совершенно прав, но и второй и третий шаг дались Анне не легче.

Полчаса спустя она уже решилась погрузить в воду голову и вынырнула задыхающаяся, но счастливая.

— Я сделала это!

Анна обхватила руками шею Этьена и крепко поцеловала его в губы.

— Все бы мои ученики так здорово выражали свою благодарность!

— А скольких женщин ты научил плавать?

Анна положила руки на плечи Этьену, оторвавшись ногами от пола, и плавала в таком положении.

— Я еще тебя не научил.

— Ты не ответил на мой вопрос.

— Упрекаешь меня, да?

— Почему ты вдруг заговорил, как… юрист?

— Я и есть юрист.

— Слабое оправдание.

— Не хватит ли нам на сегодня?

— Может быть.

— Признайся, тебе понравилось?

— Очень.

— Я поплаваю, пока ты примешь душ.

Анна почувствовала разочарование, ей бы хотелось больше интимности. Этому способствовала окружающая обстановка. Но казалось, что единственной целью Этьена было научить ее плавать. Какое-то время она смотрела, как он с ленивой фацией погружается в воду, а затем направилась в душ.

Она расчесывала мокрые волосы, когда услышала, как Этьен вошел в душевую кабину. Анна выжала воду из мокрого белья и направилась обратно к бассейну дожидаться Этьена, пока он принимал душ.

— Ты выглядишь согревшейся, — заметил Этьен, подходя.

Анна сидела в кресле. Она снизу вверх заглянула ему в лицо.

— Должно быть, система подогрева стоила целое состояние, — ответила она, облизывая капельки пота с верхней губы.

Этьен взял ее за локоть, и она поднялась на ноги.

— Я думал о том, чтобы соорудить бассейн у нас дома. Твое мнение?

— А это не слишком экстравагантно?

— Мне кажется, наш бюджет выдержит.

В его словах не было никакого намека, но Анна почувствовала себя неловко.

— Я просто забыла, что ты богат, — пробормотала она, когда они покидали квартиру. — Наверное, это звучит глупо, но во мне глубоко укоренилась привычка экономить на всем.

— Сколько тебе было лет, когда умерли твои родители?

— Я никогда не знала своего отца.

— Должно быть, это было ужасно.

— Потому и я такая ужасная.

— Я начинаю понимать тебя.

Долгое время Этьен видел в ней лишь молчаливость и сдержанность. Теперь же заметил, что эта женщина удивительно непроста.