Сны инкуба

 — Он чуть сильнее сжал мне руки. — Ты меня научила, что и без траха я чего-то стою. Ты меня научила, что я не просто предмет потребления.

Я хотела что-то сказать, но его пальцы легли мне на губы.

— Я знаю, что ты хочешь сказать. Ты думаешь, будто используешь меня, чтобы утолять ardeur, потому что я — твой pomme de sang. Ты понятия не имеешь, Анита, что значит кого-то использовать. Просто понятия не имеешь.

Его глаза выглядели сейчас гораздо старше его лет. Так смотрят убитые надежды и безысходная боль, которых никогда не должен был испытать юноша его возраста.

Я поцеловала его пальцы, прижалась лицом к руке.

— Хочется мне, чтобы когда-нибудь перестала я видеть такое в твоих глазах. Я хочу, чтобы теперь, для равновесия, в твоей жизни было все хорошо.

Он улыбнулся, и такая нежность глядела из его глаз, что я отвернулась.

— Понимаешь, Анита, ты думаешь, что ты сурова и используешь других, но это не так.

Я чуть отодвинулась.

— Я умею быть суровой, когда это надо.

— Но не со мной и не с Микой.

Я покачала головой:

— Я совсем не такая хорошая, Натэниел.

Он улыбнулся и погладил моё лицо там, где поцарапала Барбара Браун. Я поморщилась.

— Такая, такая, ты только не любишь это признавать.

— Давай-ка лучше оденемся, пока не пришли копы.

— Берт не станет звонить в полицию. Он слишком боится плохой прессы.

Я рассмеялась:

— Ты не так много видел Берта, чтобы настолько хорошо его знать.

— Я знал многих таких, как Берт. Он не такая сволочь, как они, но у них один… образ мышления. Ему гораздо важнее, чтобы его кормилец продолжал зарабатывать денежки, чем чья-то там безопасность или удовольствие.

Я посмотрела в это невозможно молодое лицо, и встретила взгляд совсем не молодой. Я в жизни многое повидала, но Натэниел видал такое, что меня бы сломало. Или, по крайней мере, согнуло бы в три погибели.

— Ну что мне с тобой делать?

— Я хочу, чтобы ты любила меня, — ответил он тихо, но до ужаса серьёзно.

— Надеюсь, не сейчас? — попыталась я свести дело к шутке.

Он улыбнулся мне своей застенчивой улыбкой, и я поняла, что шуткой не отделаться.

— Нет, не сейчас, но вскоре.

Я от него отодвинулась, и почти испугалась — испугалась таким страхом, от которого не поможет пистолет.