Снег на кедрах

Произведя вычисления, он передал координаты положения судна радисту на маяке. Тот ответил, что судно находится за пределами фарватера, южнее буя номер пятьдесят шесть, и должно повернуть на северо-восток, пересекая отмель Судоходного канала посередине.

Судоходный канал! Как раз там Дейл Миддлтон, Вансе Шёпе и Леонард Джордж видели шхуну Карла Хайнэ с вытравленной сетью. Той же самой ночью огромный грузовой корабль пропахал воды как раз в районе промысла рыбы; расходившиеся от него волны вполне могли отправить за борт даже очень сильного рыбака.

В 01:42 «Корона» скорректировала курс, а штурман еще дважды сверился с отражателем. Потом проверил себя еще по трем отражателям: номер пятьдесят восемь, пятьдесят девять и шестьдесят. Радист корабля не сомневался, что «Корона» вернулась в фарватер. Увидев залив Белые Пески, он настроился на радиосигнал маяка, и штурман сделал широкий разворот на юг. Ориентируясь по маяку, корабль пошел прямиком к Сиэтлу.

Отчет был написан в трех экземплярах, под стандартную армейскую копирку.

Спустившись, Исмаил зашел в небольшое помещение рядом с лестницей, где Левант неторопливо просматривал газету, устроившись около керосинового обогревателя."

"– Я закончил, – сказал Исмаил.

Левант помотал головой, откладывая газету на пол:

– А вы с ним знакомы?

– Вроде того, – ответил Исмаил. – Знакомы немного.

– Милхолланд перевелся. На мыс Флетчера. Он и Роберт Миллер. Потому-то нас и поставили радистами.

– Нас? – переспросил Исмаил.

– Ну да, меня и Смольца. Мы работаем вместе. Смольц – мой напарник.

– А когда? Когда Милхолланд ушел?

– Еще в сентябре, – ответил Левант. – Мы со Смольцем начали с шестнадцатого сентября, сторожевиками.

– Сторожевиками? То есть в ночную смену?

– Ну да, в ночную, – ответил Левант. – Дежурим со Смольцем по ночам.

– Так, значит, Милхолланд ушел, – произнес вслух Исмаил. – Что, прямо пятнадцатого?

– Нет, пятнадцатого он не мог, – сказал Левант. – Потому как дежурил в ночь. Значит, шестнадцатого. Да, точно, шестнадцатого. Уехал с Миллером на Флетчера шестнадцатого сентября.

А ведь никто не знает, подумал тогда Исмаил.