По ту сторону отражения

Один из молодых людей, держащий гитару в руках, стал что-то на ней наигрывать.

– Сейчас я тебе комбик подсоединю, – сказал ему лысый, не обращая на Злобу никакого внимания.

– Я тебя сейчас к списку смертников подсоединю, бульдог! – громко заорал преподаватель.

– Вы на кого наезжаете, дядя Гриб? – свели густые брови к переносице дикого вида гитаристы с длинными волосами. Пока Злоба объяснял им кто тут гриб, а кто «овцы паршивые», лысый бросил мне на стол второй листок-бомбу – с половиной ответов на первый вопрос.

Я просто чувствовала, как мои глаза медленно, но верно лезут на лоб.

Пока я испуганно думала, почему мне помогают совершенно незнакомые люди, Василий Петрович вытолкал рокеров.

– Готовимся дальше, молодежь, – прикрикнул он на нас, довольный своим успехом. – А вы, красавица, рассказывайте билет. Да не таращьте на меня свои перенакрашенные глазки.

Девушка открыла рот и даже успела поведать преподавателю половину своего билета, как в аудитории появились новые дейст-вующие лица.

Мы уже со священным восторгом наблюдали, как следом за рок-группой и марсианами-КВН в несчастливую аудиторию вошла смешанная группа русско-китайских студентов, приехавших по обмену.

– А вам что тут надо? – заорал громовым голосом разозленный сверх всяческой меры Василий Петрович.

– А что это вы, собственно, так орете? – вышла из иностранной толпы невысокая и худенькая женщина со светлым каре – замдекана факультета иностранных языков.

– А что это вы, собственно, сюда приперлись? – не остался в долгу мужчина.

– На лекцию, уважаемый, – поджала губы женщина. – Ребята, рассаживайтесь, пожалуйста. – И она с улыбкой сказала еще какую-то фразу по-китайски. Рядом со мной тут же опустился улыбчивый паренек с кудряшками. И я уже не удивилась, когда он передал мне третий по счету листок с «бомбой», – теперь у меня были все ответы, и моя душа успокоилась, поняв вдруг, что теперь-то «тройку» я точно получу, а может даже и «четверку».

– Не сметь! Не сметь! Это экзамен! – не на шутку заволновался Злоба, которому крайне не хотелось проводить его в коридоре.

– Неужели в вашем арсенале нет более конструктивного тона, милейший? – поинтересовалась женщина.

– Вы с какой кафедры? – неожиданно спокойно поинтересовался наш мучитель.