По ту сторону отражения

Может быть, только жалость – так и подмывает спросить блондина, как ему живется и трудно ли работать в эскорт-услугах.

– Катька, ты сегодня точно Золушка! – все никак не могла угомониться Нинка. – Классно выглядишь, едешь на здоровскую пати, сидишь в крутой тачке с водилой, и даже принц твой около тебя! А ты похож на принца, Владик, ой как похож! Максимка лопнет от зависти, а я…

– Нин, спасибо тебе огромное за все это, но ты не могла бы помолчать о Максиме?

– Нет, ты не Золушка – она не ныла все время, ты – мрачная горгулья, – ответила с досадой подруга и вновь принялась терроризировать Влада, который, казалось, был спокоен, как удав, и вежлив, как английский джентльмен.

Ты про Кеечку забыла? Без него-то как, а?

Его я, наверное, увижу сегодня… Наверное, я вновь смогу видеть, как он поет, и, наверное, я буду вновь восхищаться им и буду злиться сама на себя именно из-за этого.

Перед глазами, словно бы по заказу, появились образы двух братьев, и я в который раз отругала себя за то, что сумела влюбиться (если это называется любовью) в двух парней. И ведь ничего не могу поделать – такая я беспомощная, да. Остается только наблюдать за тем, что творится за окном.

– Приехали! – вывел меня из полутрансового состояния голос Нинки. – Вставай, Спящая Красавица. Дом нашего мэра ждет своих самых дорогих гостей!

– А? Да? – открыла я глаза, обнаруживая, что наша «БМВ» въезжает в широкие ворота высоченного металлического забора.

– Да, верно, Елизавета Сергеевна предупредила, – сверился с бумажкой один из охранников. – Счастливого вечера.

– Спасибо, – церемонно отвечала подруга и на мой немой вопрос, как секьюрити пропустили ее без приглашения, пояснила:

– Пока над тобой колдовал Женя, написала Лизоньке пару смс.

– Ясно. А сколько лет этой Лизоньке будет? – спросила я, с интересом оглядывая местность. Наш мэр устроился хорошо – его трехэтажный особняк стоял в глубине большого участка, и к дому, заставленному большим количеством элитного транспорта, вела добротная асфальтированная дорога.