По ту сторону отражения

– Я и так говорю, что думаю, – какими-то полутемными коридорами вел нас в свои рабочие пенаты дядя, – найдешь себе богатенького принца, чтобы обеспечить папаше и дядьке старость.

– Ага, признаешь себя стариком, – тут же сказала я ему. – Может, разрешишь теперь себя дядей называть?

– Нет, – покачал головой, на которой красовалась какая-то сложная прическа, Леша, – с таким характером ты точно никого не найдешь.

– Да я образец кротости, терпения и понимания.

– Ага, да, конечно, – сделал вид, что согласился, Алексей.

– Ух, какой ты важный, свой кабинет есть, – все никак не могла я простить слов дяди.

– Не бухти, – отвечал мне любящий родственник. – Пример бери с Ниночки. Короче, будете в моем кабинете, об одежде я позабочусь, можете не волноваться, а пока над тобой кое-кто поработает. Времени, как я понимаю, немного?

– Нам бы успеть до шести часов, – скромно проговорила Нинка.

– Понятненько, попробуем успеть, – протянул родственник, усаживая меня в свое высокое кожаное кресло. Оно было единственным элементом офисного стиля в его небольшом кабинете, который мне больше напоминал примерочную. На огромном прямоугольном столе в центре комнаты лежало много разных и ярких материалов, какие-то обрезки, кусочки, ножницы, нитки, украшения, даже большой черной шляпе здесь нашлось место.

– Хватит все лапать, – заявил мне тут же дядя, повернувшись, – положи шляпу.

Нинка захихикала, а я погрозила ей кулаком, осторожно снимая шляпу.

Пока она трогала всевозможные вещи, в беспорядке валяющиеся всюду, даже на полу, Лешка привел с собой, видимо, из общего зала, свою коллегу – миловидную тонкокостную девушку с короткими волосами, в джинсах и клетчатой рубашке.