Смертный приговор

Если бы она не посвящала карьере столько свободного времени, а вместо этого поддерживала контакт с Ингрид, возможно, та была бы сейчас жива, а Клара не лишилась бы матери. Но зато у них имелось признание Брайншмидта. Слабое и одновременно горькое утешение.

– Я знаю, что вы сейчас переживаете, – сказал Хаузер. – Мне очень жаль.

– Спасибо. – Она заметила, как ветер холодит ее заплаканные щеки.

Хаузер смущенно посмотрел себе под ноги.

– Все-таки мы хорошая команда. Между прочим, мы проверили доктора Лазло.

– Спасибо, звучит заманчиво. – Мелани подняла воротник пальто. – Но мне еще час ехать до дому, и я мечтаю поскорее добраться до постели. Кроме того, вам нужно кормить ваших гекконов кузнечиками.

– Они очень неприхотливые. – Хаузер достал из кармана ключ от машины и повертел его на пальце.

Хаузер был прав.

– Почему Брайншмидт просто не избавился от компьютера?

– Мы задали ему тот же вопрос, – сказал он. – После смерти Ингрид он немедленно спрятал системный блок в подвале. Хотел демонтировать магнетрон и выбросить на свалку, но после похищения Клары абсолютно забыл о нем – по крайней мере, Брайншмидт так утверждает. Но я считаю, он просто слишком самонадеян.

– Повезло нам, – пробормотала Мелани.

– Думаете, он и тогда использовал магнетрон?

– Вполне возможно. И так как в прошлый раз легко отделался, решил от него не избавляться, – вслух рассуждала Мелани. «Может, он хотел воспользоваться устройством и в третий раз», – пришло на ум.

Она уже знала, что ее ждет бессонная ночь, полная сомнений и угрызений совести. Все-таки завтра она подготовит обвинительное заключение против Брайншмидта и тем самым разрушит не только его жизнь, но и жизнь Клары. Малышка, которая в настоящий момент находилась у матери Брайншмидта, попадет в детский приют для жертв насилия, и Мелани никак не могла это предотвратить.

Хаузер сунул себе в рот сигарету.