Смешение судеб

Крик, что это не я, не мое желание и не мои чувства…

Но концентрированное вожделение сплавляет наши тела, наши души, и я не знаю, как защититься, как остановить это и надо ли останавливать, так как желание выбивает все мысли, оставляя лишь трепещущую плоть, которая становится единым целым и сгорает от страсти. У нас одно тело на двоих, одно дыхание на двоих, единая душа.

«Выпусти крылья!» – слышу я его приказ и подчиняюсь, распрямляя крылья над кроватью. Их тут же накрывает своими Крон, придавливая к постели.

«Идеальна», – слышу я его мысль, которая ласкает изнутри мое сознание.

Наши крылья трепещут в такт наших сердец, в едином ритме. Мое сознание рвут на части нахлынувшие чувства. Его рваные движения во мне, говорящие о том, что предел близок, и скручивающие мое тело в тугую пружину желания и ожидания разрядки, мои крылья под его и незнакомые ощущения, не свойственные людям. Он вдавливает своими крыльями меня в постель, опираясь на них, он вбивает меня в матрас своим телом, вожделение сжигает нас, и я кричу, потому что достигла пика, и взрываюсь. Мое удовольствие перекликается с его. Наслаждение накрывает нас волной, и мы обессиленно падаем на постель.

«Время», – слышу я его мысль, и шатер опадает, показывая посветлевшее небо и затухающие костры. Ничем не сдерживаемый ветер холодит наши разгоряченные и влажные тела. Крон садится на колени и поднимает меня, прислоняя спиной к себе и опирая на свое тело. Еще не отойдя от пережитого, я не понимаю, чего он хочет, и смотрю на небо. Кровать стоит изголовьем на восток, и я наблюдаю, как восходит солнце.

Не успеваю осознать, испугаться, хоть как-то отреагировать, как первые его лучи касаются меня, и я захожусь в крике. Потому что это не ласковое касание, а как будто вместо солнечных лучей скальпель, что режет мое тело и душу. Рвусь из рук Крона, но он железной хваткой держит меня, а солнце жжет меня, как кислотой. Я кричу и кричу, не в силах остановиться.

Я корчусь от боли и шока, не зная, как защититься. В какой-то миг сознание обретает хрустальную ясность, воспаряя над болью, и я понимаю и сознаю, ЧТО сейчас произошло и происходит.

В моей жизни больше не будет Шерридана, ни его улыбки, ни его рук. Больше никогда он не коснется меня. Пусть он еще жив, но в этот самый момент мы умираем друг для друга. Я завыла, срывая голос, и вместо того чтобы пытаться избежать боли, сжигающей меня изнутри, наоборот, открыла ей свою душу и сознание, отдавая себя без остатка. Не хочу жить без него.