Смерть Несущая

Честное слово, иногда мне казалась, что это не детеныш дэйурга, а старый дед! Ворчал он постоянно, но страдала от этого только я, так как он предпочитал более ни с кем не общаться."

"Старый маг успокоил меня, сказав, что это, по меркам дэйургов, действительно пока еще не взрослая особь, причем если сравнивать в физиологическом развитии, то он еще младше меня! Каково! Да что же с ним к зрелости будет, с таким-то характером? Тем не менее я все больше и больше привязывалась к Каа’Лиму. Стало привычным ощущать его тепло под боком, когда я засыпала.

Он выступал в роле плюшевого мишки, с которыми так любили спать дети аристократов.

Мой новый друг сопровождал меня повсюду, начиная со столовой и заканчивая нашими с Кимом тренировками на мечах. Да, да, я наконец-то смогла взять в руки меч. Элфи специально для меня заказал оружие у эльфийских мастеров, пока мы гостили у родителей. Мой новый меч был поистине прекрасен… и я могла его не просто поднять, я могла танцевать с ним. Легко и непринужденно скользить, отражая удар за ударом.

Но проблемы все-таки оставались. Против двуручника из гномьей стали с таким клинком все равно не устоишь. Один прямой удар на лезвие меча – и моя кисть начинала неметь под силой противника. Элфи понимал, что меня и Кима нужно учить принципиально отличным техникам ведения боя. Да и по росту мы уже здорово обогнали своего наставника.

– Конечно, будет весело, если я сделаю из вас профессиональных убийц гномов, но что-то мне подсказывает, что этот навык вам не слишком пригодится, – отшучивался Элфиральд.

Как ни странно, Орэн был с ним согласен в том, что нам нужен другой учитель в боевых искусствах, и даже сказал, что у него есть подходящая кандидатура, но вот удастся ли эту кандидатуру уговорить с нами заниматься, был вопрос.

Время шло, и наши навыки в магии и науках тоже не стояли на месте. Мы учились понимать цвета ауры, преобразовывать энергию, изучали математику, химию, физику. Также Орэн заставлял нас много читать и занимался с нами риторикой, а совсем недавно мы начали изучать эльфийский язык.

Как сказал маг, лучше начать с него, чем с гномьего или драконьего. На уроках эльфийского мне казалось, что нас учат петь, а не говорить. Каа’Лим тихонечко посмеивался над моим произношением, а по вечерам заставлял заниматься языком вместе с ним. Вообще оказалось, что дэйург знает если не все, то почти все. Какой бы вопрос у меня ни возник, у Кошака всегда находился на него ответ. Год пролетел еще быстрее, чем предыдущий.