Служанка-леди

Стоило только шустрым пальчикам моего лорда добраться до уже пылающей в нетерпении чувствительной точки, ласково погладить, как я всхлипнула, выгнувшись навстречу, пришлось одной рукой снова опереться на стол, а другую запустила в темную шевелюру Эрсанна, притягивая ближе к себе. Он наклонился, горячие, почти обжигающие губы обхватили напряженный сосок, слегка втянув, язык поиграл с тугим шариком, рождая острые вспышки удовольствия, огненными искрами рассыпавшиеся по телу. Дыхание прервалось, на миг лишив воздуха, и почему-то именно в этот момент я открыла глаза, поймав взгляд Лореса…

Оу, чччерт.

Младший Морвейн развалился в кресле, держа в одной руке стакан с алкоголем, другая лежала на поясе штанов, на лице отражалась задумчивость пополам с предвкушением. Глаза блестели в полутьме, на губах блуждала довольная улыбка, и… и я понимала, ему откровенно нравится наблюдать за нами, даже не принимая активного участия в происходящем. А мне… нравилось, что он смотрел, видел, как мне хорошо с его отцом, и было во всей ситуации что-то такое, пикантно-непристойное, от которого уровень моей страсти перешел все мыслимые границы. Тело как молния пронзила, я громко охнула, глядя прямо в глаза Лоресу, утопая в них. Эрсанн слегка нажал на заветную точку, потом снова погладил, его губы продолжали ласкать вершинку, и я забылась, потерялась, подаваясь бедрами навстречу пальцам Эрсанна. Они дразнили, то порхая по разгоряченному лону, то легонько проникая внутрь и гладя, сводя с ума изысканной лаской, заставляя стонать в голос и жаждать большего. Кажется, на спине Эрсанна остались красноречивые полосы от моих ногтей. Как не прорвала сукно на столе, не знаю. И Лор, моя любимая младшая светлость, так и продолжал смотреть, только улыбка стала шире, да дыхание немного участилось.

А потом… Эрсанн проложил огненную дорожку из поцелуев по груди вверх, коснулся уголка рта и произнес прерывающимся шепотом:

— Яна, Яночка… нежная моя… Я буду делать это медленно… доооолго… Хочу слышать, как ты просишь…

Мамочки.

От этих проникновенных, сказанных слегка охрипшим голосом слов по телу промчался настоящий огненный шквал, расплавив кости. Жаркая истома стремительно расходилась от самого низа живота, проникая в каждую клеточку до самых кончиков пальцев. Я сжала пряди на затылке, зажмурившись до разноцветных звездочек перед глазами, и послушно простонала:

— Даааа…

Согласна, на все согласна, только продолжай.