Служанка-леди

Пришлось ответить — судя по шороху, младший Морвейн наконец-то занялся своей одеждой. Давно пора.

— Твоя, — послушно ответила осипшим голосом, меня била крупная дрожь, а дыхание застревало в горле.

Я готова сейчас сказать все, что потребует, сделать все, что попросит — тело горело, голова кружилась, страсть сжигала изнутри, требуя выхода.

— Непрааавильный ответ, — мурлыкнул Лорес, сдвинув юбку выше, и скомандовал. — Ножки шире, и приподнимись, вот тааак…

Стол оказался очень удобным, как раз нужной высоты, кстати, так что мне оставалось только чуть приподнять бедра и… сделать так, как просил Лор.

— В-ваша… — запнувшись, почти прошептала, изнемогая от напряженного ожидания. Ну чего он тянет? Я тут сейчас сгорю нафиг, и останется от меня только кучка пепла. Не выдержала, из груди вырвался очередной тягучий стон: — Лоооор… Пожалуйста…

— Что, Яночка? — ладони крепко ухватили за поясницу, удерживая, сильное тело прижало к столешнице, и около уха раздался тихий, довольный смешок с чувственными, хриплыми нотками.

Я почувствовала, как по разгоряченному, давно готовому лону медленно, словно дразнясь, скользнул твердый ствол, и Лорес замер. Хулиган… Сколько можно. Я уже осознала, прониклась — точнее, вот-вот это сделаю, — не гарантирую, что больше так не буду, но… Черт. Захныкала, наплевав на гордость и недавнее желание кому-то там отомстить, кому-то не сдаваться… Сдамся, вот прямо сейчас и с большим удовольствием.

— Хочу тебя, пожалуйста… — послушно повторила, без всякого стыда прижавшись к нему бедрами.

"А в следующее мгновение я ощутила резкий, немного болезненный толчок и ликование заполнило до самой последней клеточки, я прогнулась, упершись связанными руками в стол.

— Дааааа…

Захлебнулась криком, потерялась в ощущениях, утонула в яркой, обжигающей страсти, в стремительно нараставшем удовольствии от быстрых, ритмичных движений.

— Еще… да, ещеооо, Лооор… — господи, как же сладко, как хорошо, до головокружения.

— Громче, Яааан, — хрипло выдохнул Лорес. — Никто не услышит… Кроме меня…

И я кричала, да, когда накрыла огненная волна, когда тело взорвалось сотней сверкающих искр, когда дыхание закончилось и осталось только чистое наслаждение. От длинного стона Лореса, такого же хриплого, как мой, догнала вторая волна, мышцы сжались, и на какое-то время я выпала из реальности, купаясь в океане чистых чувств, переливавшихся разноцветной радугой. И пусть весь мир подождет.