Служанка-леди

Лор перехватил мои запястья, а Эрсанн крепко обнял за талию, несколько особо мощных рывков, и я слышу хриплый, ликующий голос:

— Яааааан, дааааа…

Неееееет, потому что без меня… Я хватала ртом воздух, как вытащенная на берег рыба, пытаясь совладать с ворохом эмоций, но опять, опять возмущение осталось при мне: миг, и я лежу уже между ними, мои колени зажаты между их ног, и… оба склонились надо мной, с широкими, предвкушающими ухмылками.

— А вот теперь твоя очередь, Яночка, — вкрадчиво произнес Лорес, и его ладонь уверенно скользнула к самому низу живота, и там же вскоре оказались пальцы Эрсанна.

"Им понадобилось всего несколько минут — тело давно было готово, и я забилась в их руках, распадаясь на тысячу звезд, умирая, растворяясь, улетая в те дали, из которых так не хочется возвращаться… Сладко, боже, как же сладко, и кажется, что лучше уже быть никак не может. Совершенно обессиленная, я обмякла, прикрыв глаза и чувствуя, что щеки опять мокрые — эмоций накопилось слишком много.

— Любимая… Яночка…

Глава 7

Я замерла, боясь пошевелиться, думая, что ослышалась. Нет, не может быть. Рано… Ну, в моем понимании.

— Ян, ну Яна, что ты опять, — тихий, мягкий голос Эрсанна, и его ладонь скользнула под рубашку, провела по обнаженной спине. — Опять правды испугалась?

Я непроизвольно выгнулась, кожа оставалась все еще очень чувствительной к прикосновениям, ее тут же обсыпало щекотными мурашками.

— П-правды?.. — пробормотала я, все так же пряча лицо на груди Лореса.

— Иди сюда, — руки Эрсанна обвились вокруг талии, его сын отпустил, и я теперь оказалась прижата спиной к старшему Морвейну. А младший смотрел на меня, опираясь на локоть, серьезно так, с задумчивой улыбкой на губах. — Что такого страшного в этом чувстве, Яночка? Мы с Лором вполне взрослые, чтобы отдавать себе отчет в том, что чувствуем.