Служанка-леди

Наряд соскользнул вместе с сорочкой, и в зеркале отразилась обнаженная я и стоящий за спиной Эрсанн. Возникло настойчивое желание прикрыться, но я сжала губы, стиснула кулаки и осталась стоять неподвижно, глядя сквозь стекло, застыв статуей. Эмоции застыли так же.

— Что ты видишь, Яна? — спросил Эрсанн.

— С-себя, — пробормотала я, сглотнув.

— Тебе нравится то, что ты видишь? — продолжил он спрашивать, а его ладони между тем обхватили грудь, чуть приподняли. — Нравится видеть то, что я делаю с тобой? Как прикасаюсь?

Врать не имело смысла, да и почувствуют ложь, оба.

— Д-да, — все же запнулась, замешательство никак не желало уходить.

— Тебе приятно? — ладони Эрсанна скользнули по животу, я на мгновение напряглась, задохнувшись от смущения, но… мои глаза не отрывались от отражения, от глаз старшего лорда, от его рук, так уверенно гладивших мое тело.

И оно отзывалось с радостью на эти прикосновения, и ничего гадкого или постыдного не было в том, что я видела в зеркале. Совсем чуть-чуть смущения, да, но я к нему почти привыкла, и оно даже не мешало, привнося пряную нотку в коктейль переживаний от происходящего.

— Да, — так же тихо ответила, на губах появилась улыбка — пусть и робкая, но улыбка.

— Тебя пугают собственные желания? — снова прозвучал вопрос, и… ладонь Эрсанна накрыла самый низ живота, пальцы тихонько погладили, отчего я мысленно охнула, завороженно продолжая наблюдать за двойниками напротив.

Даже про Лореса забыла, про то, что он тоже все видит. Хотя… я чуть повернула голову, поймала в зеркале взгляд младшего, и по телу прокатилась жаркая волна.

"— Нет, — произнесла, осознав, что краткий экскурс в прошлое и эмоции, некстати разбуженные воспоминаниями, потеряли силу, поблекли, перестали дергать.

Ведь действительно, каждый раз, когда я ложилась с мужчиной в постель, на самой границе сознания теплилась мысль, что совершаю что-то грязное и постыдное. То, чем нельзя заниматься, от чего нельзя получать удовольствие.

— Тогда почему не можешь их озвучить, Яна? — властно, с отчетливыми нотками раздражения, и вот за этот его вопрос мне стало совестно перед самой собой. — У тебя есть время до завтрашнего вечера, милая, подумать и сделать выводы, — изрек Эрсанн, коснувшись губами плеча.