Служанка-леди

 — Ну, тогда начнем, пожалуй, — таким многообещающим голосом добавил он, что я поперхнулась воздухом и чуть не закашлялась.

А еще посмотрел, да так, что я моментально вспомнила, что без чулок, на мне золотистая паутинка, и… у платья застежка спереди. Лорес медленно улыбнулся, протянул руку и легко, едва касаясь, провел по щеке. Кожа вспыхнула сотней искорок, по спине скатилась жаркая волна, а между ног сладко заныло. Если еще и учесть, что, как бы так выразиться, у меня после деликатных дней резко обострялись желания, то неудивительно, что на такую простую ласку тело отозвалось дрожью.

— Во что ты играла у себя? — как ни в чем не бывало, спросил Лорес, достав с полки коробку с шарами.

— Вообще, у нас два варианта было, с белыми и цветными шарами, — я с радостью ухватилась за возможность отвлечься от темы условий нашей игры и от резко проснувшегося либидо.

— Понятно, — Лорес усмехнулся и положил на сукно уголок. Его взгляд неторопливо прогулялся по мне, а от усмешки как в горячую воду окунули. — Тогда будем играть в женский вариант, — он выложил первый цветной шар, не сводя с меня взгляда, и покатал его между пальцами.

Ох. Чувствую, эту игру я запомню надолго.

Глава 21

— И что тут у нас? — раздался голос Эрсанна, пока я, как завороженная, следила за руками его сына. — О, Лор, уговорил Яночку? — весело добавил он, и я нервно дернулась, чуть не шарахнувшись в сторону. — И когда успел?

— А она мне должна за неправильный ответ, — младший Морвейн с самым похабным видом подмигнул, закончил с шарами и убрал треугольник. — Мы королевскую родословную проверяли.

— И на каких условиях игра? — поинтересовался Эрсанн, прислонившись к столу и скрестив руки на груди, темная бровь вздернулась, а уголок губ пополз вверх.

Вот же ж, как хорошо он знает сына. Впрочем, ничего удивительного. И в том, что я опять отчаянно покраснела, тоже. Потому что знаю, кто будет озвучивать эти чертовы условия.

— Я-а-а-ан, — протянул гад Лорес, выразительно глянув на меня и неторопливо натирая мелом кий.

Эм-м-м-м. От его действий бросило в жар, и даже в моем легком платье стало неудобно.