Служанка-леди

— Так? — невозмутимо спросил Эрсанн, и…

Я с возрастающим изумлением смотрела, как от его ладони волной цвет шелка на стенах начал стремительно меняться на спокойный, приятный светло-зеленый, как я и хотела. Узоры на ткани разбавляли однотонность, кое-где добавился легкий золотистый блеск, и комната сразу приобрела другой вид, стало гораздо веселее.

— Пойдет? — уточнил лорд, пока я оглядывала спальню.

— Отлично, — улыбнулась с воодушевлением и подошла к окну. — А их тогда сделать таким глубоким, темным, изумрудным, — повернулась к Эрсанну.

— Пожалуйста, — невозмутимо отозвался он, тоже приблизился и коснулся бархатной ткани.

Через несколько минут портьеры радовали темно-зеленым с золотистой бахромой и кистями. Красота. Я довольно улыбнулась: комната совершенно преобразилась, стала уютнее. Оглянулась на Эрсанна, наткнулась на его внимательный, ласковый взгляд и замерла, не в силах отвести глаза. Старший лорд медленно улыбнулся в ответ, шагнул ко мне и провел ладонью по щеке. Я не отстранилась, сердце забилось быстрее от вспыхнувших в темно-голубой глубине огоньков.

— Завтра последний день, да? — негромко, задумчиво спросил он.

Поняла, что Эрсанн имеет в виду, и слегка покраснела, кивнув.

— Хорошо, — улыбка стала шире, он обнял, притянул к себе и приподнял голову за подбородок. — Я-а-а-а-ан, — протянул Морвейн-старший, наклонившись к самому моему лицу. — Будем дальше… играми для подростков развлекаться, или все же выполнишь мое условие? — мурлыкнул этот провокатор таким чувственным голосом, что коленки подогнулись, и я вцепилась в плечи Эрсанна, чтобы не упасть.

Мысленно охнула, низ живота опалило жаром, а лицо залил красноречивый румянец. Заявить вслух, чего хочу?.. Точнее, кого?.. Эм-м-м… Ну… На этом мысль закончилась, потому что коварный лорд заткнул мне рот поцелуем. Тягучим, сладким. Тело охватила слабость, я прильнула к Эрсанну, отвечая, тая под нежными прикосновениями губ и языка, забыв о смущении и страхах. Руки сами обняли за шею, и в душе расцвел тихий восторг.

Когда Эрсанн наконец прервал поцелуй, я дрожала, но далеко не от холода, нет. Дыхание не хотело успокаиваться, я прислонилась лбом к груди старшего Морвейна, потихоньку приходя в себя. Его ладонь неторопливо пропутешествовала по спине, он обнял двумя руками, бережно поддерживая.