Случайные напарники

— Хорошо, хорошо, — убрав открытку и

конверт в верхний ящик стола, я захватила сумочку

и, образовав переход в прихожей, мгновенно

оказалась в парадной Тайной канцелярии, где у

окна стоял Кир и смотрел на меня.

— Я был уверен, что ты сейчас появишься, —

здороваясь, сказал он мне и открыл дверь, —

пойдем, лорд уже в комнате допросов.

— Странно, а почему там? — удивилась я. —

Разве свидания там проходят?

— Нет, но ты не его родственница или

подруга, — поведал Кир, — и потому без

наблюдения за ходом вашего общения разрешения

никто бы не дал.

В допросной за столом сидел лорд

Виллистерн и задумчиво смотрел на непрозрачную

стену напротив него, где, как я поняла, находился

кто-то из сотрудников.

— Доброе утро, Вы хотели меня видеть? —

спросила я, занимая место за столом напротив

лорда, а Кир закрыл за собой дверь и мы остались

вдвоем. — Я слушаю Вас.

— Видана Тримеер, — задумчиво произнес

лорд, чуть склонив голову к плечу и рассматривая

меня так, будто увидел впервые, — конечно, я

хотел увидеть ту, что сломала планы по моему

возвращению в империю и послужила причиной

моего заточения здесь и последующей смерти.

же не будете отрицать, что по суду я получу

смертную казнь, как соучастник убийства Вашего

прадеда лорда Георга Тримеера и императора

Птолемея?

— Я не императорский суд и выносить

приговор не могу, потому не знаю, к чему он Вас

приговорит:

смертной

казни

или

долгому

заключению. Но ведь Вы не только в их смерти

виновны, но и Эдвина Сент-Жена, не так ли? Мы

нашли его останки, — сказала я, спокойно глядя на

лорда и понимая, что за нами ведется наблюдение

из двух потайных ниш.

— Нашли… молодцы, снимаю шляпу, —

улыбнулся лорд, прекрасно знавший о наличии ниш

и наблюдателей в них. — Вот видите, как только

Гелеон оказался перед лицом смертельной

опасности, так сразу в нем проснулись магические

дары его родственников. А сколько я не бился, так

ничего не мог вытащить из него.

— Но зачем Вы его убили? Неужели дело

было только в Беатрис Фэйн, в замужестве

Сент-Жен? — я спрашивала, чтобы расставить все

точки и получить полную картину случившегося

тридцать с лишним лет назад.

— Ну, это прошлое, — поморщился мой

странный собеседник, — расскажите мне о

последних минутах жизни моей тетушки. Ведь это

Вы были той самой крестницей, спрятавшейся под

личиной юной Аллиан Лист. Она очень страдала?

Почему это случилось?

— Мы беседовали, просто беседовали.