Случайные напарники

— И что, Вы хотите сказать, что никто не

знает о пропаже? Я имею в виду Тайную

канцелярию, «Черных Призраков». Не верю, потому что быть такого не может, — вырвалось у

меня, — ну не работают в этих структурах

недалекие лорды. К ним и информации куда больше

нашей поступает.

— Правильно. Они знают, и потому под

чужими личинами никто сотрудников за границу не

отправляет. Особенно если речь идет о Дальнем или

Подлунном Королевствах, — согласился со мной

наставник.

— Погодите, а в таком случае, что значит

можно ли он им доверять? Артефакт настроен

читать мысли? — я удивилась, потому что ни о чем

подобном слышать мне еще не приходилось.

— Нет, мысли он читать не может, артефакт

только скидывает личины, — охотно пояснил лорд

Трибоний, — вот так поднесут его человеку, а там

отражается его истинное лицо, и не забалуешь.

— Мда, какая-то мысль у меня возникла, — я

поднялась и подошла к окну, чтобы полить

хризантемы, — артефакт именно в виде зеркала

выполнен или его можно замаскировать подо что-то

другое? Я в записях ничего не увидела.

— Как я рад, что ты с нами, — рассмеялся

оборотень, — и мозги не отшиб лабиринт Изиды, а

то, знаешь ли, по столице слушок пустили, гаденький такой, но ведь все равно узнаешь, так

лучше от меня, чтобы во всеоружии быть. Мол, двинулась ты рассудком, потому и не слышно о

тебе ничего, запрятали тебя Тримееры далеко от

всех, а леди Амилен сей слух не опровергала, а

только глазки закатывала да слезки утирала.

могла она признаться, что ты с близнецами прямо

из-под носа у них с Альбером удрала, да еще куда

— неизвестно. Я решил не записывать, но вам

рассказать, артефакт тот у гнома был в виде

портрета любимой внучки Ладушки, вот именно его

и увели. Схема такая: владелец артефакта

показывает его тому, чей образ желает увековечить

и спрятать в нем Зеркало, произносит заговор, после чего в руках у него будет портрет любимого

человека.

руки следующего владельца или настоящий хозяин

не решит изменить образ на нем.

— Жив или нет человек — это важно? —

напоив цветы, я продолжала стоять у окна, развернувшись к лорду.

— Портрет делают с живого, а вот дальше уже

не имеет значения, жив этот человек или нет.

Изображение остается, вот только по нему

невозможно определить физическое состояние

человека.