Случайно папа

В руках лопается стакан, осколки вонзаются в кожу. Адреналин шпарит по венам, я не чувствую боли. Но выход из ситуации приходит в голову внезапно…

Гоша присасывается к моей шее, сжимает ее пальцами. И не замечает моих движений. А я перехватываю дрожащими пальцами осколок покрепче и полощу им по его руке."

"– С**а!!! – орет на всю квартиру так, что закладывает уши. Пока урод зажимает рану, я вырываюсь из захвата, отталкиваю его так, что он падает куда-то в сторону, и со всех ног несусь в комнату.

Меня трясет так, что зуб на зуб не попадает.

Глава 9

Олеся

Я трясусь и прислушиваюсь к малейшим шорохам за дверью. Даже удивительно, что за мной никто не погнался и не долбится в дверь. Но я все равно не чувствую себя в безопасности. Жду, что в комнату начнут ломиться в любую секунду.

Я нахожу в шкафу старое полотенце и обматываю им ладонь. Надеюсь, заражения не будет, потому что в ванную я не пойду сейчас даже под страхом смертной казни.

Все, чем я могу обезопасить себя и ребенка – притянуть кресло к двери. Осторожно ступаю к кровати, поправляю одеялко на Анютке и целую ее в лобик, давясь слезами. Прижимаюсь к ней, вдыхаю детский запах и возвращаюсь в кресло. Забираюсь в него с ногами, стягиваю шаль бабулечки, накрываюсь ею. Сразу становится спокойнее и теплее. Как будто бабушка крепко прижимает меня к себе и морщинистыми руками поглаживает по плечу. Она всегда так делала, когда пыталась меня успокоить после очередного приснившегося кошмара.

Бабуль, как же мне тебя не хватает…Как же жаль, что Анечка не узнает, какая у нее была бы классная и лучшая прабабушка!..

Утираю слезы, которые душат меня, окольцовывают горло. Прикрываю глаза и пытаюсь хоть немного подремать. Силы мне еще пригодятся.

Я то засыпаю, то вздрагиваю и просыпаюсь. И так несколько раз. Поэтому наутро просыпаюсь разбитая, все тело ломит, а перед глазами плывет. Не с первой попытки я справляюсь с головокружением.

– Мама! – тянет и обнимает ручками за шею.

Прижимается ко мне, и я зацеловываю свою крошку. Мы нежничаем еще некоторое время, а потом все же приходится вставать.