ОНО

«У него так сильно болела рука, что он, бедняжка, не мог даже раскрасить плакат, — сказала учительница. — Пальцы распухли, как сосиски. Я спросила у Дорси, что случилось, и он сказал, что его отчим Ричард П. Маклин выворачивал ему пальцы в наказание за то, что Дорси прошел по полу, который мама только что вымыла и натерла воском. «Папе пришлось меня наказать, потому что я плохо себя вел», — объяснил малыш. Глядя на его вывихнутые пальцы, я чуть не заплакала. Он хотел разрисовать свой плакат, как и другие ученики.

Когда он умер, мне и в голову не пришло, что это не несчастный случай, а убийство. Я даже подумала: он оттого упал с лестницы, что не мог как следует ухватиться за перекладину больной рукой. Никогда бы не могла поверить, что взрослый человек может так обойтись с ребенком. Теперь, конечно, я знаю, что ошибалась, но лучше бы я этого не знала».

Между тем старший брат погибшего мальчика, десятилетний Эдвард, по-прежнему в розыске. Ричард Маклин, заключенный в городскую тюрьму, продолжает отрицать свою причастность к убийству Дорси и исчезновению Эдварда.

Из деррийской газеты «Ньюс» от 30 июня 1958 года (стр. 5):

МАКЛИН ДОПРАШИВАЕТСЯ ПО ДЕЛУ ОБ УБИЙСТВАХ ГРОУГАН И КЛЕМЕНТСА

Как стало известно из компетентных источников, Маклин, обвиняемый в убийстве Гроуган и Клементса, предъявил следствию неопровержимое алиби.

Из деррийской газеты «Ньюс» от 6 июля 1958 года (стр. 1):

«МАКЛИНУ ПРЕДЪЯВЛЕНО ОБВИНЕНИЕ В УБИЙСТВЕ ПРИЕМНОГО СЫНА», — ЗАЯВЛЯЕТ БОРТОН.

Эдвард Коркоран до сих пор не найден.

Из деррийской газеты «Ньюс» от 24 июля 1958 года (стр. 1):

«Я УБИЛ ПРИЕМНОГО СЫНА МОЛОТКОМ», — В СЛЕЗАХ СОЗНАЛСЯ МАКЛИН.

В окружном суде разыгрались драматические события. Обвиняемый Ричард Маклин, не выдержав перекрестного допроса, устроенного ему прокурором Брэдли Уитсоном, рыдая, сознался, что забил до смерти своего четырехлетнего пасынка безоткатным молотком, который затем зарыл в огороде.

Предварительно Маклин признал, что периодически избивал обоих пасынков, наказывая их за различные провинности. «Бил, чтобы неповадно было», — заявил он. Новое признание обвиняемого повергло судей и публику в состояние шока.

«Не знаю, что вдруг на меня нашло.