Случай из практики

В конце концов, мне закралась мысль, что эти два старых заговорщика могли использовать одну и ту же книгу – хотя бы и этот злосчастный сборник легенд! – обозначая шифром, скажем, номера страниц, слов и так далее. Но, во-первых, это было бы слишком сложно и громоздко, надо же всегда иметь нужный текст под рукой, а во-вторых, повторюсь, никаких признаков шифра я в письмах обнаружить не смогла. Не писали старики анаграммами, не выделяли отдельные буквы особенным нажимом, это были самые обыкновенные, длинные и довольно-таки скучные письма пожилых людей.

Старсис подробно и обстоятельно расписывал последние события и сплетни, причем таким образом, что в этих рассказах при всем желании невозможно было найти ни единого намека на то, что меня интересовало больше всего. Лагарста так же подробно и витиевато описывал свою жизнь в поместье, успехи сыновей в учебе, свои финансовые затруднения, неурожаи и прочую сельскохозяйственную чепуху.

Я прочитала эти опусы по нескольку раз, чувствуя, что начинаю злиться.

В этих письмах должно было содержаться что-то важное, очень важное, особенно в самых последних! Обменивались посланиями Старсис и Лагарста нечасто, но, насколько я могла судить, исходя из проставленных на письмах дат, регулярно, примерно раз в два-три месяца. Но в последнее время – я имею в виду период перед тем, как сгорел замок Лагарсты, а Старсиса хватил удар, – письма, что называется, зачастили. В них по-прежнему не было ничего, к чему могли бы придраться дотошные соглядатаи, но, очевидно, сам факт такой бурной переписки не мог не насторожить их хозяина. Очевидно, Старсис до чего-то додумался, но до чего именно, как узнать? Может быть, сохранились не все письма? Может быть, последние, самые важные, не дошли до адресата либо были уничтожены им после прочтения? Кто знает…

Я отложила потрепанные листы и потерла усталые глаза: оба старика писали довольно мелким, старомодным почерком со множеством росчерков и замысловатых завитушек, так что разбирать текст было трудновато.

Странно, вообще-то: я видела другие документы Старсиса, там его почерк не изобиловал какими-либо излишествами. Возможно, в старые времена учили придерживаться определенного стиля в разного рода переписке? Надо будет спросить у деда, в любом случае придется обращаться к нему за помощью, хотя и не хочется. Но самой, видно, мне этот орешек не расколоть…

Я бездумно повертела в руках ножик для разрезания бумаг, валявшийся на моем захламленном столе.