Случайная дочь миллионера

А то сейчас в основном для галочки эти датчики нацепят, бумажки подпишут, а потом страдают невинные люди, – тяжело вздыхает Любовь Петровна. Видимо, это не первый пожар в ее жизни.

– Да, вы правы. Мы можем идти? – Смотрю на нее нетерпеливо. Мне не терпится  оказаться дома, забраться под одеяло и, обняв свою кроху, уснуть.

– Да, только сейчас заполним форму. Минутку.

Я снимаю с себя куртку, заматываю в нее дочь. Она уже успокоилась, только глаза испуганные и красные от слез.

– Все хорошо, котик? – Целую ее в лобик, не в силах оторваться от дочери.

– Угу. Испугалась очень, – тихонько шепчет она, нижняя губа подрагивает. Алиса, скорее всего, сдерживает рыдания. Она у меня всегда стеснялась плакать на людях. Даже если ударится, держится до последнего.

– Все закончилось, котик, мама уже рядом. Впереди выходные, будем весь день мультики смотреть и попкорн есть. Да?

– Угу, – кивает дочь.

После того как улаживаем все формальности, нас наконец-то отпускают.

– Мам, а мы с этим дядей пойдем тортик есть? – прижимается ко мне дочь еще тесней.

– Да. Наверное. А может, лучше домой? – спрашиваю с надеждой.

– Я бы тортик съела. И малиновый чай.

– Ничего страшного, малыш, заберем потом. Сейчас нас туда все равно не пустят.

Руслан поворачивается в нашу сторону, наши взгляды встречаются, и он кивает мне. Потом пожимает руку пожарному и быстрым шагом идет к нам.

– На улице холодно, давайте в машину.

Он щелкает брелоком, открывает для нас с дочкой заднюю дверцу, обходит автомобиль впереди и занимает водительское место.

Руслан заводит мотор, включает обогреватель и подогрев[n5]  сидений.

Мы выезжаем на дорогу, Руслан поглядывает на нас с дочкой в зеркало заднего вида.

– Ты помнишь меня, принцесса? – мягко спрашивает он, когда встречается взглядом в отражении с любопытными глазами дочки.

Она кивает.

– Ты Руслан.

– Руслан, – подтверждает он, я же отворачиваюсь к окну.