Сломанное сердце

Вставка – натуральный гранат.

Она показывает подвеску с треугольным темно-красным камнем внутри. Ну, при желании её можно, конечно, и сердцем назвать. Но по мне так – перевернутая капля, но выглядит реально красиво."

"– Такой подарок без слов всё скажет, – заверяет девушка.

– И что он скажет? – безбожно туплю я.

– Гранат сам по себе – символ любви, страсти, чувственности. Еще и форма такая. Такой подарок – это, можно сказать, признание в любви. Правда, стоит эта подвеска дороговато, но зато ваша девушка его обязательно оценит, будьте уверены.

– Давайте тогда всё вместе с цепочкой упакуйте как-нибудь красиво, – бормочу я.

– Футляр выберем?

Я наобум показываю на одну из коробочек. Девушка укладывает в футляр цепочку и подвеску, потом всё это упаковывает в подарочную коробку, сверху лепит бантик и вручает мне со словами:

– Прекрасный выбор. Даже завидую вашей девушке.

Благодарю её, сую коробку во внутренний карман куртки и ухожу. По пути покупаю бутылку испанского вина, типа тоже с намеком на страсть, ну и красную розу.

Подъезжаю и прямо чувствую мандраж. Это даже не волнение, а вообще не знаю что. Руки вон трясутся. И сердце в груди долбится о ребра как бешеное.

Подхожу к её подъезду и сам думаю: может, стоило ей все-таки позвонить? Да нет, не стоило. Ясно же, что она сказала бы: не надо никаких подарков и поздравлений, не приезжай. Отшила бы, вот и всё. А так какой-никакой шанс есть. Если она в духе будет.

Хоть бы она была в духе!

Блин, а вдруг у нее гости? Ну, она может просто выйти в подъезд.

Минут двадцать ещё дежурю у подъезда. Номер ее квартиры я не знаю, код от домофона – тоже. Набираю несколько раз какие-то комбинации наобум по стертым кнопкам. Ничего не получается. Розу прячу под куртку. И стою жду, когда кто-нибудь выйдет.

Наконец домофон пиликает, и из подъезда выходит бабка с собакой.

– Здрасьте, – киваю я, уже успев замерзнуть.

– А вы к кому? – любопытствует бабка. Хотя на вид вроде не противная, поэтому отвечаю, но на всякий случай официально:

– К Самариной Валерии Сергеевне.

– Да, в тридцать четвертой.

Мысленно благодарю бабку и, юркнув в подъезд, взлетаю на третий этаж. Останавливаюсь перед дверью с номером 34, звоню, но звонка не слышу. И вообще никаких звуков из квартиры не слышу. Хотя у меня такой грохот в ушах стоит, что неудивительно. Однако никто не открывает. Звоню еще раз и еще – бесполезно.