Сломанное сердце

Но проблема в другом – компания всеми силами пытается из своего бывшего водителя сделать козла отпущения. Хотя у них там нарушений – целый воз: и с техосмотром, и с нарушением трудовых норм – водитель больше суток провел за рулем по приказу директора, и мухлеж с документацией. И что самое прекрасное – попытки подкупа и угроз. Директор компании давил и на него, и на его семью, и на меня, чем, конечно, распалил ещё больший азарт. Но на универ эти дни меня просто не хватает.

А в субботу, поздно вечером, вдруг звонок с незнакомого номера.

Я в первый момент решила, что это снова кто-то от хозяина компании: так уже было на прошлой неделе. Правда, сейчас-то что? Мы своего добились, директор теперь под следствием, и отыграть назад у них уже не получится. Но беру трубку и слышу сначала звук, как будто кто-то выдохнул, улыбнулся, а потом:

– Привет, Лера.

– Артём? – узнаю его моментально, и сердце вздрагивает. Но лишь на миг. Сразу беру себя в руки.

Шаламов, кстати, разболелся не на шутку.

Две недели уже не появляется на занятиях. Я как раз сегодня спрашивала у Игоря, вернулся ли он в строй. Оказалось – нет.

– Как твое здоровье?

– Жив пока. А твое?

– Замечательно.

Напоминаю сама себе, что собиралась ему сказать, что я для него – преподаватель и больше никто, а потому он должен обращаться ко мне на «вы» и «Валерия Сергеевна», только так, всегда, без исключений. Но почему-то ничего этого не говорю, а просто слушаю его голос. И против воли улыбаюсь…

– Лера, ты как? Наши сказали, что тебя не было.

Что вместо тебя кто-то другой пары ведет сейчас. У тебя всё нормально? Ты же не уволилась?

Улавливаю у него тревожные нотки и только шире улыбаюсь. Я потом ему скажу про субординацию и всё остальное. При личной встрече. Такие вещи надо обсуждать с глазу на глаз.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍ – Нет, пока не уволилась. Запарка была на основной работе, поэтому пришлось препоручить вас Игорю.

– Это Карлсону, что ли?

– Игорю Ивановичу, – стараюсь сказать построже, хотя ни черта у меня не выходит. Врать себе бессмысленно – я, оказывается, очень рада его слышать. Спрашиваю: – Артём, ты долго ещё болеть собираешься?

– Соскучилась? – тут же самодовольно отзывается этот нахал.

Несносный! И самое нелепое – я не знаю, что ему на такие вещи отвечать. А ведь я вообще-то за словом в карман не лезу и выдержка у меня обычно железобетонная.