Сломанное сердце

На самом деле, я не хочу разводиться! Ты же знаешь, как я к тебе отношусь…

– На самом деле мне плевать, что ты хочешь, чего ты не хочешь и как ты к кому относишься. Дорожная сумка на антресолях. Надеюсь, справишься.

– Лера! – он почти в отчаянии. – Да что ты заладила! Ну что за детский сад? Давай поговорим как взрослые люди? Я был неправ, признаю. Ну, хочешь извинюсь? Ну, извини меня… А хочешь, к семейному психологу будем ходить?

Я обхожу его и иду в ванную. Марк опять идет следом и нудит.

– У всех семейных пар бывают проблемы. И у Дэна с Сонькой, и у Славяна с Тарасовой. И это нормально их проговаривать… Но зачем сразу рубить…

Я останавливаюсь в дверях в ванной и, нацелив в него указательный палец, повторяю на этот раз жестко.

– У тебя есть час. Не уйдешь – пеняй потом на себя.

Закрываю дверь изнутри. Он продолжает скрестись, бубнить, даже дергает ручку двери, но не сильно. Я включаю душ, и его шум заглушает нытье Марка.

Горячие струи щекочут и обжигают кожу, выгоняя озноб.

Я расслабляюсь, даже глаза закрываю… и тут же непрошено вижу, словно воочию, моего ночного красавчика. Его темные глаза с поволокой, его губы, его тело. Вспоминаю, как он забрался ко мне в душ, как легко заставил меня изнемогать от его поцелуев и откровенных прикосновений, как потом вжимал меня в стену душа и как, не напрягаясь, удерживал меня практически на весу. Всё это представляю так живо, что кажется, будто до сих пор чувствую на себе его руки, его губы… Внизу живота сгущается приятная тяжесть.

И я вдруг ловлю себя на мысли, даже не на мысли, а на неосознанном желании: хочется ещё того жара, тех ощущений. Рука невольно тянется вниз, а воображение вдруг рисует совершенно непотребную сцену, и я, слава богу, тут же прихожу в себя. Совсем с ума сошла!

Стряхиваю это наваждение и говорю себе: было хорошо, даже очень, что уж скрывать. Но этого вообще не должно было случиться. Это ошибка. Большая ошибка, которая может вылиться во что угодно.

От потери репутации до…

Впрочем, к чему это самобичевание? Да, поступила я крайне легкомысленно и опрометчиво. И чего уж – непристойно, как какая-то… Нет, не хочу себя обзывать. Это был стресс, за что «спасибо» Гаевскому. Но ничего уже не изменить. Надо просто этот странный случай выкинуть из головы. Стереть из памяти и жить дальше.

В конце концов мне повезло не встретить никого из знакомых.