Сломанное сердце

– Вчера навеселился, хватит, – сую ноги в кроссы.

– Тебя из-за нее так штырит? Из-за того что у вас не клеится?

Влад оглядывается на дверь ванной, откуда ещё шумит вода, и почти шёпотом спрашивает:

– Это потому что она преподша, да?

Будь кто другой, я бы послал его с такими вопросами в неведомые дали.

– Это потому что она замужем, – отвечаю сухо, застегивая куртку. – Ладно, бывай.

Выхожу, оставив его хлопать недоуменно глазами. А на улице метель и лютый дубак. К тому времени, как приезжает такси, я выгляжу примерно как замерзший Джек Николсон из «Сияния».

"Пока еду домой, только и думаю: сколько, интересно, нужно времени, чтобы забыть человека? Ладно, не забыть, а перестать вот так изнемогать и сходить с ума. Чтобы перестало ломать хотя бы. Месяц, два, полгода? Этак я точно кукухой поеду. И клин клином – тоже не вариант. Я на других и смотреть-то не могу.

Если бы я ещё не видел её… типа с глаз долой – из сердца вон… Может, реально забить на доказывание? А сдать потом кому-нибудь другому?

Так и сделаю, решаю я.

35. Артём

Перед Ленкой я извинился, сославшись на то, что был слишком пьян и не ведал, что творил, точнее – трепал. Ещё в понедельник извинился, сразу как пришёл, перед парами.

Клео фыркнула:

– И это всё? Да после всего ты должен…

– Я вообще никому ничего не должен, – оборвал её я, – …кроме родителей.

– Да ладно тебе, перестань, – залепетала сразу Ленка, успокаивая свою злобную подругу.

Клео, поджав губы, покачала головой, типа, никакой, блин, гордости, но всё же заткнулась.

Однако пусть мы и как бы помирились с Ленкой и остальными, я все равно теперь постоянно сливался. Никуда с нашими не ходил. После пар – сразу домой, даже в универовской столовке больше не зависал. Наши подкалывали, типа, заделался монахом вдруг. Я отшучивался, типа, старею и с ними, салагами, мне теперь скучно.

Но на самом деле, я тупо хандрил. Настолько, что не вывозил уже. Ну и поэтому ничего не хотелось. Всё казалось тупым, каким-то ничтожным и неинтересным. И делать вид, что я в норме – просто уже не мог.

Даже когда отец пристал с расспросами, что у нас с Лерой и как, я не стал врать. Честно сказал, что ничего и никак. Спасибо, он не стал лезть в душу.

От нечего делать я весь погряз в учебе, ну типа чтоб отвлечься.