Слияние двух одиночеств

Он стоял перед ней, голый, без тени смущения. Дэймон Савакис в состоянии крайнего возбуждения представлял собой незабываемое зрелище.

У Калли задрожали коленки.

Не сводя с нее взгляда, он протянул руку, оторвал край упаковки презерватива и быстрым уверенным движением надел его. Было что-то невероятно эротичное в том, что он был готов любить ее. И ее лоно защекотало от желания. Он посмотрел ей в глаза. И она вся растаяла под его взглядом. Он словно оставил на ней свой отпечаток, разбудил те чаяния, ту жажду, которую она давно уже задвинула поглубже в подсознание.

В ней поднялась волна паники. Увидит ли она когда-нибудь ту же жажду в его глазах, когда она на нее смотрит?

Сейчас он смотрел на нее не холодно и не расчетливо, в глазах его таилось то теплое приглашение, на которое она откликнулась тогда в самый первый раз. Перед этим обещанием она никак не могла устоять.

— Калли, — прошептал он, протянул руку и развязал ей халат.

Она услышала его вздох, когда халат ее распахнулся.

Калли не терпелось, чтобы он коснулся ее, взял ее.

Она попыталась вызвать в себе негодование при мысли о том, что ее вынуждают заняться с ним любовью. Вместо этого она ощущала только радостное предвкушение интимной близости с Дэймоном. Так же как и в первый раз. Просто волшебство какое-то.

— Ты этого хочешь?

Долгие секунду прошли, прежде чем она поняла, наконец, о чем он ее спрашивает.

— Калли. Ты хочешь меня?

Он спрашивает ее? Он совсем ее не заставляет. На нее давило только собственное желание.

— Калли!

Он отступил на шаг, побледнел, сжал руки в кулаки. Она чуть в голос не закричала, когда он стал от нее отдаляться.

— Пожалуйста, — прохрипела она. — Да.

Этого оказалось достаточно. Он тут же подошел к ней вплотную, спустил халат ей с плеч так, что он упал к ее ногам.

Глаза его лихорадочно блестели, когда он рассмотрел ее всю от макушки до пят. Инстинктивно Калли рукой прикрыла грудь и бедра там, где они смыкались. Но она больше не стеснялась, не была такой, какой была последние двадцать пять лет.

Дэймон изменил ее так, что обратного пути уже не было.

Бедром он раздвинул ей колени, мягко подтолкнул под теплый душ, погладил ей руки, плечи. Там, где он ее касался, словно искры пробегали.