Сломай мой страх

Его острый взгляд сканирует меня. Глаза прищуриваются.

— В сушку его. Завтра сам разберусь. — произносит, не глядя на скулящего гада, и направляется ко мне.

— Понял, — кивает Иван. И охранники сразу оживают и сдвигаются с мест.

Майский присаживается на корточки прямо передо мной. Внимательно вглядывается в глаза. Не знаю, что он сейчас видит. На лице опять ни одной эмоции. Только губы сжаты чуть сильнее и скулы напряжены.

— Потерпишь, я на руки возьму? — спрашивает спустя пару секунд.

Киваю. Горло дерет так, что удивляюсь, как смогла крикнуть и позвать на помощь.

— Попробуй меня обхватить, — Игнат аккуратно поднимает и прижимает несильно к себе. Делаю, как он сказал, и скрещиваю за его шеей запястья, чтобы ни до чего не дотрагиваться ладошками. — Умница.

Прижимаюсь лбом к его скуле и закрываю глаза. И пусть дрожь сотрясает всё тело.

Не сразу соображаю, когда меня сажают с машину. Не мою. И не за руль. Пытаюсь осмотреться и верчусь. Опять поднимается паника.

— Успокойся. — команда, отданная ровным, четким голосом, действует расслабляюще, — Я сам тебя отвезу. И помогу. Хорошо?

Пристально смотрит в глаза, и под его взглядом я киваю и откидываюсь на сидение. Позволяю себе выдохнуть и прислоняюсь головой к подголовнику. Машина движется уверенно и спокойно, без резких торможений или ускорений.

Просыпаюсь, когда снова оказываюсь на руках. Чужие касания ощущаются инородно. Я не люблю, когда меня трогают без предупреждения. Дергаюсь. И застываю.

Игнат.

Смотрит внимательно, и я проваливаюсь в его глаза. Сейчас они видны четко. И правда, серые с зеленоватой каёмочкой у самого зрачка. Он спокоен и расслаблен, и это состояние передается мне.

— Задремала, — оправдываюсь, потому что он молчит.

— Вот и хорошо. Сейчас осмотрим тебя и ляжешь спать.

Оглядываюсь и не совсем понимаю, что происходит. Незнакомый двухэтажный коттедж. Большой участок, огороженный высоким забором. Территория хорошо освещается фонарями на кованных ножках. Красиво, богато. Но это не мой дом.

— Где мы? — поворачиваюсь снова к Майскому.

— Дома. У меня.

— Но… — пытаюсь вывернуться из крепко держащих меня рук.