Сломай мой страх

До конца не верю, что получилось, что сбежала.

Бегу налево. Опять выбор. Снова налево. Правильно. Впереди огни фонарей. Там намного светлее. Даже вижу людей и проезжающие машины. Всего-то метров сто.

Толчка в спину не жду. Но получаю. Лечу вперед, счесывая ладошки. Ударяюсь коленями, но это ерунда. Впереди кто-то есть, близко. Нужно позвать.

— Помогите, — кричу, что есть сил.

Кожей чувствую, что этот гад совсем рядом. Дышит громко и сипло. Двигается, не спеша."

"— Капец тебе, тварь! — подходит совсем близко.

Мамочка! Как я устала…

Тело всё болит и пульсирует. Мало мне уже досталось. Кажется, я даже фантомные пинки начинаю ощущать. Вот-вот нога прилетит в живот. Скручиваюсь сильнее. Не хочу страданий. Стать бы совсем-совсем маленькой. Крохотной. Незаметной. Раствориться.

Ухожу в себя. Отключаюсь от окружающего. Ничего больше хочу. Устала…

Устала постоянно бояться. Устала просыпаться с криками по ночам.

Даже теперь устаю от ожидания, когда этот чертов бугай нанесет удар. Ну же, гад, не тяни! Бей, сволочь!

Сквозь мысли безнадеги и опустошения прорывается громкий вскрик. Не мой. Сдвигаю руки, что прикрывали голову и слышу звуки драки. Точнее отчетливые глухие удары и протяжные стоны. Приоткрываю глаза. Игнат. Здесь. Рядом. Услышал и пришёл. Успел. Защитил.

Даже про отчество забываю, настолько рада его видеть.

В угол обзора попадают несколько охранников из клуба. Иван тоже тут. Но ни один не вмешивается. Все просто стоят и наблюдают, как Игнат наносит удары моему несостоявшемуся насильнику. Сильные. Быстрые. Резкие. Эта мразь стонет и просит пощады. Но его игнорируют. Смотрю на Игната. Его пустые холодные глаза и лицо, похожее на маску, пугают. Но не меня. С виду он расслаблен, будто просто вышел размяться. Но это видимость. Слишком долго я за ним наблюдала.

Немного приподнимаюсь, опираясь ладонями об асфальт, чтобы сесть. И непроизвольно тихонько охаю. Счесанные до крови пальцы начинают гореть и кровоточить. Одергиваю руку и не сразу замечаю, что наступает абсолютная тишина. А нет. Несостоявшийся насильник стонет и скулит. А Вот Игнат его уже не замечает.