След белой ведьмы

Учитывая приятельство ваше с Аглаей Савиной – наверняка знаете.

Образцов и тут не поддался на провокацию. Жевал и смотрел хмуро да молча. Кошкин продолжал:

– …а не пособите, так в любом случае, фамилия его вскорости станет всем известна. Племянник этот Фёдор нынче на Питер едет. Вычислить теперь уж – дело техники, много ума не надо. А ежели поторопиться, то можно и с поезда его снять.

Образцов согласно кивнул.

– Но вы не поторопитесь, да? – Кошкин кисло улыбнулся. – Видать, не хотите, чтобы задержали племянничка.

– Ты, Кошкин, на что-то намекаешь, что ли? – сощурился Образцов. – Как барышня, все вокруг да около ходишь. Коли обвинить меня хочешь – так обвиняй. Хватит силенок?

Начальник откровенно ухмылялся. Видать, тоже рассчитывал вывести противника из себя. И Кошкин спросил прямо:

– Что связывает вас с Аглаей Савиной? Вы, Павел Петрович, ценили ее за близость к Савиным – или была другая причина? Ведь старуха связана с убийством девушек. Это доказано. А когда станет очевидной и ваша с нею связь … не обольщайтесь насчет помощи Савиных.

– Из Кулагина уж песок сыпется. – Ухмылка Образцова и теперь не померкла. – Пару лет назад он бы мокрого места не оставил от того, кто на его дочку косо глянет. Да он бы вовсе такого не допустил! Сдал старый лев… скоро и здесь его Савины подменят.

– А вы, стало быть, на тех?

Образцов, впрочем, пропустил выпад мимо ушей. Опрокинул еще рюмку. Закусил соленым огурцов и тяжко, почти меланхолично вздохнул:

– Старуха… в молодости Аглая хороша была! Она и тогда, конечно, чудила, но… огонь-баба. Ты вот про карьеру все – а я любил ее, дуру. Все отвести старался от племянничка ее полоумного, да без толку. Крепко она во всей этой чертовщине увязла. Так и знал я, что плохо Аглая кончит.

– Вы ее застрелили?

Образцов мрачно хмыкнул и протянул:

– Не-ет. Можешь и пули с моим вэбли сверить. Не совпадут.

– А Машу Титову?

Кошкин понял, что попал в цель, когда Образцов стрельнул в него быстрым диким взглядом. Не ожидал, что Машино имя всплывет.

– Маша разведала, в каком-таком доходном доме остановилась ее подруга Прасковья. Жертва «племянничка» Аглаи Савиной, – продолжил Кошкин. – Сама Прасковья, надо полагать, и обмолвилась.