Сладость для двух боссов

– Зачем? – в прекрасных глазах мелькает возмущение, – я же просила не лезть в мою жизнь! Хочу есть зелень, буду её есть!

– Ну нет, малыш, – цокаю языком, – ты и твои горячие девочки вымотали меня с утра. И я безумно голоден. Составь мне компанию. Это всего лишь обед.

Она смотрит на меня, явно пытаясь выдумать хоть какой-то контраргумент, но в итоге сдается. Лишь недовольно пыхтит. Мы быстро приезжаем в центр. Паркую машину у ресторана и открываю девушке дверь. Она мнется и стесняется. Подталкиваю её к дверям.

– Добрый день, Артур Сергеевич, – улыбается управляющая, – вам как обычно?

– Да, Вера. И проследи, чтобы нас никто не беспокоил.

– Хорошо."

"Мы идем к моему любимому столику у окна. Вика постепенно превращается в тень. С опаской озирается. Молчит.

– Расслабься, малыш, – прижимаю её к себе и целую в макушку, вдыхая нежный аромат шампуня.

Это роза? Или лаванда?

– Ты потрясно пахнешь, – шепчу на сладкое ушко.

– Артур Сергеевич, на нас смотрят! – она упирается своими маленькими ладошками в мою грудь, пытаясь оттолкнуть.

Разворачиваюсь и вижу непроницаемую рожу официанта. Ладно, признаю, сорвался. Все-таки моё имя не последнее в шоу-бизнесе. Отпускаю девчонку, затем достаю пару крупных купюр и сую в фартук этому наблюдателю.

– Надеюсь, ты понимаешь, что ничего не видел сейчас? – тихо рычу на него.

– Конечно шеф. Меню?

Сам выбираю Вике нормальный обед и делаю заказ. Она опять пыхтит, надувает щечки. Милашка и прелесть. Заводит меня своим невинным видом. Но пока хищник внутри меня заснул.

– Ну так, Викуся, расскажи-ка мне одну вещь.

– Какую? – девочка наконец-то выглядит расслабленной, лишь удивленно поглядывает по сторонам.

– Кто так сильно тебя ранил, что ты закрыла сердечко на сотню замков?

Малышка бледнеет и сглатывает. Значит, я попал в точку.

– Какая вам разница? – голосок меняется, становится стальным.

Хищница проснулась. И она будет защищаться. Значит, я оказался прав.

– Открыла кому-то сердце, а он туда плюнул? – слегка надавливаю.

– Не надо, пожалуйста… – она обнимает себя руками, дрожит, – это не ваше дело!

– Хорошо, – почву я прощупал, так что можно пока успокоиться, – я не полезу к тебе в душу.

– Вы уже это сделали…

– Но ты не пускаешь.

– И не нужно.

– Как скажешь, малыш.

Тем временем нам приносят еду. Во мне просыпается новое желание. Защитить, обогреть, накормить эту девочку. Но её сердце покрыто стальными шипами. И пока она не готова впустить, по крайней мере меня.