Сладостное заточение

Спустя мгновение его губы снова оказываются на моем запястье, скользя вверх по внутренней стороне предплечья. Тишину заполняет еще больше разрывов, пока он продолжает уничтожать ткань, участок за участком. За каждым разрушительным разрывом следует еще больше поцелуев. Он не останавливается, пока не достигает моего плеча. А затем переключается на другую мою руку.

Прикосновение губ.

— Такая нежная. — Восторженное прикосновение. — Такая чертовски нежная. — Скольжение языка, за которым следует поцелуй.

Мое дыхание покидает меня так быстро, что мои легкие с трудом поспевают за ним.

Нет времени размышлять над ответом, потому что Массимо переходит к моей шее. Я вытягиваюсь, предоставляя ему больший доступ, все, что угодно, лишь бы его рот оказывал на меня успокаивающее давление. И тут меня охватывает новая волна дрожи, когда он нежно покусывает мою ключицу. Мои трусики уже полностью промокли, но я чувствую, как еще больше влаги скапливается между бедер.

Следующие звуки — это звук разрываемой посередине моей ночной рубашки, за которым следует звон крошечных пуговиц, когда они сталкиваются с любой поверхностью, преграждающей им путь, после того как они отлетают. Прохладный воздух обдувает мою перегретую кожу, когда тонкий шелк развевается вокруг меня, словно раненые крылья, прежде чем опуститься и приземлиться у его ног. В эту долю секунды я оживаю, взлетаю высоко в облака, как будто с моей спины сняли огромный груз.

Свободна. Я чувствую себя свободным.

— Идеальна, — сдавленным голосом произносит Массимо. Его пальцы скользят вверх по моим рукам. Медленно. Намеренно. По моим плечам и вниз по ложбинке между грудями. Затем его ладони скользят по моим бедрам к спине.

Стремительным движением он прижимает меня к своей груди, и его руки обхватывают меня. Он держит меня в плену в своих медвежьих объятиях так крепко, что я почти не могу сделать вдох. Его лицо утопает в изгибе моей шеи, и он вдыхает.

— Не могу жить без тебя, Захара. Ты — воздух в моих легких, — бормочет он мне в кожу. — Ты нужна мне.

Мои руки дрожат, когда я обхватываю ими его широкую спину, а его слова звучат в моей голове, как кристалл. Я чувствую легкое головокружение, когда его губы снова находят мои. Клеймят. Требуют. Поглощают.

Я наклоняю голову так, чтобы мой рот оказался прямо возле его уха.

— Займись со мной любовью, — мурлычу я.