Сладкий апокалипсис. Ты моя (СИ)

При всем своем отвратительном характере Курт всё-таки находился на своем месте. Он держал всех в стальной хватке, четко выполнял свою работу, смог организовать жизнь в таком маленьком поселении… Как только у него хватало сил и нервов… Горный поселок был хорошо оснащен, ведь здесь суровые зимы, но здесь жили сезонами, как и в Перианте, и ни форелевого пруда, ни пасеки, ни огородов тут никто не организовывал. А Курт смог. И его люди его слушались. Но Аллель… она может превратить уютное местечко в непотребство.

Я так и представляла, что он может на это сказать:

— Девка сама раздвигает ноги, а моим солдатам нужна разрядка. Не сотрётся, — наверное, что-то похожее на это, и, конечно, добавит: — Пошла нахрен!

Ух, от одной мысли об этом у меня внутри все переворачивалось, жар приливал к щекам, так меня брала злость.

Так, стоп, Анна! Ты же решила быть счастливой. Тогда не нужно думать о том, что портит тебе настроение.

— Эй, пострел, солнце в зените! — прокричал Дену Теон, оторвавшись от захворавшего мотора, — Ты вроде хотел что-то показать девчонке, не пропусти!

— Да, Мила, пойдем! — сказал Ден, схватив девушку за запястье. Та заинтересованно ему подчинилась.

Он подвёл ее к небольшому склону на опушке липового леса. Он поднимался вверх, по горе, в тень деревьев петляла тонкая тропка.

— Смотри внимательно, — сказал он, — Сейчас солнце зальёт вон то здание, видишь? Оно похоже на ломаную геометрическую фигуру. Тень упадет как надо… вот сейчас! Ничего не напоминает?

— Вижу, — кивнула Мила, — Почти… А что я должна увидеть?

— А ты присмотрись!

Мила сощурила глазки, с прилежным усердием вглядываясь в игру тени и солнца.

— Это же берритриакт, пожирающий души! — взвизгнула она так, что у нас заложило уши. Мила запрыгала на месте, хлопая в ладоши.

— Ну девка, ну даёт, — покачал головой Теон, как обычно, не переставая тянуть лучезарную улыбку, — Начитаются своих комиксов, потом визжат.