Сладкая для Палача

— Эй, красавчик! Дерись!

— Давай, красавчик, уделай его!

Зрители были на пределе своих эмоций, и я ощущал, как они снова и снова подходят к рингу, чтобы забросить новую партию денег ради шоу, которого они не видели до этого дня.

А я тяжело дышал и мотал головой, не позволяя себе открыть глаза.

— Друг, может, врача позвать? — сквозь гул возбужденных голосов услышал я того самого охранника, который был знакомым Плута. — Всё нормально у тебя? Мы можем остановить бой! Это не будет считаться поражением!

— Нет, я в порядке, — отозвался я.

— Сейчас, дружище!

— Ну же, красавчик! Не сдавайся! — заорал кто-то очень близко, отчего я поморщился, понимая, что мне нужна относительная тишина в эмоциях, а этого не получить, пока зрители не получат своего.

Мужчины считали, что меня нужно поддержать в последнем рывке, а потому устремились к рингу и принялись хлопать ладонями по его основанию, что никак не добавляло мне столь необходимого покоя.

— Да-вай! Да-вай! Да-вай! — скандировали они, буквально оглашая, отчего во мне поднималась буря агрессии, способной вылиться на всех.

Еще и противник никак не успокаивался, стараясь лупить меня изо всей своей силенки."

"Поэтому в какой-то момент я просто не выдержал.

Сорвался.

Мне и глаза не нужно было открывать, чтобы чувствовать, что происходит вокруг.

Поэтому я сделал резкий выпад и ударил пару раз в грудь этого смельчака, отчего тот с глухим хрипом отлетел в противоположный угол ринга, стекая по сетке уже без сознания.

Силу в этот раз я не рассчитал.

Переломал ему ребра.

Но зрители были счастливы, снова вопили и скандировали прилипшее ко мне прозвище.

К счастью, этот бой стал последним, и противный голос сверху объявил о том, что на сегодня бои закончены, но клуб ждет всех завтра, чтобы продолжить орошать кровью этот ринг. А я прислонился лбом к себе, стараясь сосредоточиться только на своем дыхании.

Сделать его ровным и размеренным.

Запихать в глубину своей души зверя, который устал сидеть в тишине и покое, почувствовав кровь и желание окружающих получить ее еще и еще.

— Вот, держи воду, — снова оказался рядом со мной дружелюбный охранник, касаясь моей руки холодной, влажной от холодной влаги бутылкой. — Может, всё-таки позвать врача?

— Пусть лучше парня осмотрит. У него ребра сломаны. Если задели легкое, то это может быть опасно, — глухо отозвался я, но глаз открыть так и не решился.