Сквозное. Навылет

Вам это о чем-то говорит? — отозвался он медленно и чуть с ленцой даже, приподняв бровь.

Бондарчук, работающий в столице, как-никак, заметно вздрогнул и словно напрягся.

— Да… Станислав меня предупреждал, когда просил о консультации… для вашей жены.

Ах, так вот о чем Стас мужика предупредил. Ну что ж, благодарен был, облегчил друг ситуацию и взаимопонимание.

— Я готов ко всему, к любому лечению, методам, способам. Меня не интересует сколько и как. Только результат. И я хочу, чтобы это лечение моя жена получала в достойных ее условиях, ясно? — медленно достав сигареты, Шуст не закурил, просто стал крутить одну в пальцах.

— Более чем. Организуем с вашим помощником вылет, — кивнул Бондарчук… похоже, даже довольный его настроем, хоть и настороженный. И отошел в сторону.

К восьми вечера они уже были в Киеве. Денис следил за тем, как Талу аккуратно размещали в индивидуальной палате, где, казалось, было еще больше этих чертовых пищащих мониторов.

Честно говоря, устал уже настолько, что никакой выдержки.

"Будто мертвая лежала в кровати, еще и руки ледяные, б*я! Разрывало изнутри, просто колотило нервом! Хорошо, хоть аппарат пищал, отсчитывая пульс весь перелет, да и сейчас… Иначе разнес бы все, что под руку попалось!.

Не выдерживал он. Стоило признать, что впервые в жизни Шустов столкнулся с тем, на что повлиять оказался не в состоянии, а это самого важного вдруг человека касаться стало… Вот что самого Дениса раскатывало, будто катком по асфальту.

Ну да ничего, справится. Варианта иного нет. А здесь еще в углу кресло стояло. Именно там Шуст ночевать и собирался, после того, как тут же примет быстро душ и переоденется в свежее, что привезли ему парни.

— В этом нет необходимости, мы ее выводить из сна будем только завтра, — пытался убедить его Бондарчук. — Вы можете поехать, переключиться, отдохнуть дома.

— Я домой только с ней поеду, ясно? Если я вам тут мешаю — сделайте все, чтобы быстро и качественно мою жену на ноги поставить, и все стороны довольны останутся, — вообще не проникнувшись таким предложением, оборвал Шуст.