Сквозное. Навылет

— Ты решил? — таки ввернула Тала тихо, цапнув его зубами за этот палец.

— А кто еще? — расплылся в ухмылке, как-то аж слишком довольный. Зато ее растормошил, чего и добивался.

— Мне пора чудо, рейс международный, его ради меня не задержат, — тихо усмехнулся Денис, сжимая Талу в своих руках.

И… Что ж, стоило признать, что ему отпускать ее не хотелось настолько же, насколько Тала, очевидно, не была в состоянии от него отойти. Цеплялась, давила своими ладонями на его затылок, заставляя продолжать поцелуй, всем телом к нему приникла.

Оба стояли в прихожей у самых дверей. Чемодан рядом, Шуст уже в ботинках и пальто…

— Хорошо, иди, — кивнула, с тихим вздохом, уткнувшись холодным носом в его шею.

И не отступила ни на сантиметр же! Будто страшно ей. И чувство такое… Как тоска какая-то пространство накрывает, из них обоих просачивается. НЕпонятная…

Черт, знал, что будет ее не хватать до зубовного скрежета! Но точно не думал, что еще тогда, когда выйти из дому не успеет.

— Охрана под дверью в холле, круглосуточно, Тала, тебе точно бояться нечего, — на всякий случай решил повторить, чтоб ее успокоить.

— Поняла, — кивнула рвано из-за его руки, и так глаза в глаза смотрит…

Охренеть! Не думал, что у него так сердце щемить может! Как заклинило нерв какой-то, блин! Или сердечный приступ… С какого ляда?!

И глаза у Талы влажные, моргает, как слезы смахивая с ресниц, подавляя, а старается не отрывать взгляд, гладит дрожащими руками его колючие щеки.

— Любишь меня? — медленно улыбнулся, прочертив край ее челюсти своим большим пальцем. Специально поддел, пытаясь снять этот надрыв, которым накрыло внезапно аж слишком по-взрослому.

Тала замерла вся, вглядываясь в него так, что вот-вот дыры пропалит глазами. Пульс под его рукой под двести подскочил. Но эта девчонка точно была не из тех, кто просто возьмет и покорится.

— Опять ты сам решил? — рассмеялась с сарказмом, глазами сверкнув, качнула бедрами, задевая его ноги, вынуждая в животе угли вспыхнуть, вспоминая, как он ее всего полчаса назад на столе в кухне разложил, не удержавшись, и кричать заставил.

Ок, не хватало времени, обед пришлось подвинуть. В самолете поест, в конце-то концов!

Шуст рассмеялся, вновь наклонился, припечатав припухшие губы властным поцелуем.