Скромная семейная свадьба

Если вы в ходе следствия найдете изготовителя зелий, – обратился он к капитану Суаресу, – то у меня будет к нему еще несколько неприятных вопросов.

– Если фьорда Патрисия Венегас напишет заявление, – неохотно сказал капитан. – Сами понимаете, к убийству это никакого отношения не имеет, а вести дополнительное расследование с весьма неопределенным результатом самостоятельно мы не будем.

– Я же сказал – если вдруг найдете, – добродушно заметил Ясперс.

– Строго говоря, – заметил Суарес, – черная магия – в ведении совсем другого ведомства, отдела по борьбе с магическими преступлениями и противодействия черной магии.

– Буду очень вам признателен, – церемонно ответил Ясперс. – Хорошего дня всем присутствующим, а я, пожалуй, отбуду.

В свете случившегося стандартное пожелание хорошего дня прозвучало несколько издевательски. Капитан Суарес даже укоризненно посмотрел на своего консультанта, но тот ничего не заметил, отвесил официальный поклон и отбыл.

– Фьорд капитан, может, вы уже допросите меня? – прервала его размышления фьордина Берлисенсис. – В моем возрасте требуется покой и отдых, а не сидение часами в столь нервной обстановке.

– И палку ее проверьте, и палку, – вскинулась фьордина Нильте.

– И палку мою проверьте, да, – вздохнула фьордина Берлисенсис, – а то у некоторых скоро будет косоглазие.

– Так некоторые вполне могут припрятать улики, а потом заявить, что все так и было, – нагло заявила фьордина Нильте. – Нет у меня никакого доверия к вашему семейству.

– Мы с вами, фьордина Нильте, непременно про это поговорим, – бодро сказал Суарес. – А трость мне пока проверить нечем – нет необходимого оборудования.

– Тогда просто изымите, – не унималась фьордина Нильте. – А то ведь останетесь без самой главной улики.

Фьордина Берлисенсис молча встала, подошла к сыскарю и протянула ему трость, тот несколько растерянно ее взял и спросил:

– А вы точно сможете без нее обойтись?

– Если рядом со мной не будет этой особы, – небрежный кивок в сторону Нильте, – то точно смогу.

– А то, что в сумочке? – в спину бабушке Бруно сказала врагиня.